Абисал Гергиев. Фото из личного архива.
Контрасты усиливают ощущение внутренней связи номеров программы. Звучанию Сонаты Скрябина отвечает музыка Полонеза Шопена в той же тональности фа-диез минор. Отзвуком прозрачной полифонии Баха является контрапункт величественного апофеоза Восьмой симфонии Малера. Способность услышать эти ассонансы говорит об Абисале Гергиеве не только как о пианисте, но как о мыслящем, высоко эрудированном музыканте.
Завершения двух отделений концерта по-настоящему эксклюзивны. Абисал Гергиев выбрал для них сочинения Малера и Мусоргского, знакомые меломанам в мощном звучании оркестра, хора и солистов. Исполнение на рояле фрагментов симфонической и оперной музыки в собственных переложениях — настоящая страсть Абисала Гергиева, увлечение, которому отданы многие часы его жизни. Вслушиваясь в эту музыку, пианист погружается в стихию, органичную для него с детства благодаря творчеству отца, знаменитого дирижера Валерия Гергиева.
Абисал Гергиев получил образование на пересечении двух фортепианных школ, русской и американской. Он — выпускник Средней специальной музыкальной школы Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова и Бостонской консерватории Новой Англии. Он начал играть на фортепиано в возрасте четырёх лет, а к профессиональному обучению пришел несколькими годами позже: сначала в средней специальной музыкальной школе Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова, а затем в Бостонской консерватории Новой Англии, которую окончил в 2023 году. Среди его наставников — знаменитые педагоги Александр Сандлер и Хва Гён Бён (Wha Kyung Byun).
Абисал — сын дирижёра Валерия Гергиева, имя которого говорит само за себя. Для молодого пианиста этот факт — это одновременно и привилегия, и огромная ответственность. С раннего детства он погружён в звучание симфонического оркестра. Проводником в этот мир был для него отец, влияние которого позволило ему начать свой путь с «высокого старта», но, что особенно важно, не помешало стать самостоятельным, оригинально мыслящим музыкантом. С ранних лет Абисал восхищён многообразием оркестровых тембров, а его настоящая страсть — исследование «внутренней жизни», динамики развития крупных звуковых полотен.
Играя сочинения Бетховена, Моцарта, Мендельсона, Шумана, Скрябина, Прокофьева, Шостаковича, Щедрина, но особенно — любимого Малера, вслушиваясь в них, самостоятельно делая фортепианные переложения оркестровых партитур, он стремится передать публике своё понимание музыки, радость от общения с ней. Он не только пианист, но настоящий артист, в игре которого сочетаются фортепианное и оркестровое, масштаб и тонкость в передаче деталей фактуры.
