Евгений Клюев. Фото: © Александра Мудрац/ ТАСС
Подробностей о причинах и обстоятельствах смерти литератора не приводится.
Напомним, Евгений Васильевич Клюев родился в 1954 году в Калинине (ныне Тверь), где и окончил филфак университета. Прошел аспирантуру на факультете журналистики МГУ, специализируясь на лингвистической прагматике.
В начале 1990-х годов Клюев руководил литературным приложением к газете "1 сентября", а затем возглавлял редакцию газеты "Миссия". С 1993 по 1996 год являлся деканом факультета журналистики в Университете российской академии образования.
В 1996 году Евгений Клюев переехал в Данию и обосновался в Копенгагене, где преподавал датский язык в Лингвистическом центре. Он не утратил творческих связей с Россией, публикуя в нашей стране как художественные тексты, так и научные работы и публицистику. В самой Дании автора считали русским
Андерсеном.
Клюев был финалистом премии "Большая книга" 2010 года за роман "Андерманир штук", дважды лауреатом "Русской премии" (в 2013 году за роман "Translit", в 2015-м – за сборник стихов "Музыка на Титанике". В 2004 году книга писателя "Сказки на всякий случай" снискала премию "Серебряная литера" в категории "Художественная литература для детей". Сказки Клюева вошли в школьную программу, а постановки по его произведениям широко востребованы в разных странах.
В целом Клюев написал более 20 книг прозы, стихов, публицистики и сочинений для детей. В российском литературоведении его относят к последователям
обэриутов за то, что он отказывался от традиционных форм и методов искусства и исповедовал гротеск, алогизм и поэтику абсурда.
Однако мы нашли среди стихов поэта простое, ясное, логичное и вместе с тем художественно состоятельное произведение, которое очень уместно привести после кончины Евгения Васильевича. Ведь это – его "конспект" предстоящего объяснения с Богом…
* * *
И когда меня вызовут на суд,
я – клянусь, что без всяческих надсад –
расскажу там, что жизнь – это не пруд,
расскажу, значит, там, что жизнь есть сад.
Даже если к стене меня припрут
и к столбу примотают бечевой,
я отвечу, что жизнь – это не труд,
это праздник – и больше ничего.
А начнут про стихи – так без стыда
я скажу, притворяясь дурачком,
что стихи – это не плоды труда,
но бирюльки, поддетые крючком.
А тому, для кого плоды труда,
я скажу: не пишите никогда,
Вы не ту себе выбрали мечту,
потому и стихи у Вас в поту,
а должны, извините, быть в росе –
все.
