В спектакле занята вся труппа: толпы поэтов, женщин, чекистов и журналистов практически не покидают сценическое пространство, массовые сцены сменяют одна другую, летает самолет, выезжает паровоз, догоняют друг друга автомобили…
Режиссер-постановщик Александр Лебедев подчеркивает, что для него важны не последовательность и биографические факты, его спектакль – не столько про творчество и судьбу поэта, сколько взгляд на эпоху, в которой он жил. Работа проделана огромная – удивляют интересные необычные костюмы, оживающая на глазах видеография, насыщенность событиями и героями. Клюев и Блок, царская семья и чекист Блюмкин, американские журналисты и русские стихотворцы – все смешивается в грандиозный поток на сцене музыкального театра, насыщается яркой, интересной, разножанровой музыкой Евгения Загота и выливается на зрителя водопадом. В котором легко захлебнуться, даже если знаешь об Есенине немного больше, чем написано в школьном учебнике литературы.
В спектакле молодой золотоволосый сочинитель, одержимый мечтой о славе, мечется от "последнего поэта деревни" до революционного имажинизма. А вслед за ним бродит по сцене черный человек с тросточкой, которой этого поэта постоянно подталкивает. Черный человек ходит балетной походкой, кокетливо поправляя цилиндр. И даже если наизусть помнишь поэму Есенина, соотнести поэтический образ со сценическим непросто.
В жизни поэта были поэзия, любовь, вдохновение, разочарование, гениальность. В спектакле самовлюбленный честолюбивый юноша, которого потрясающе поет Александр Крюков, грезит о всемирном почете, а в свободное от мечтаний время меняет женщин, не различая их лиц, дерется в кабаках и пьянствует. И, как говорил герой знаменитого фильма, "это все о нем". Потому что такова эпоха?
Да, эпоха Есенину выдалась непростая. Чтобы отобразить ее, режиссер занял всех солистов труппы, хор и балет. Артисты прекрасно справляются с непростой музыкой, замечательно поют, синхронно перемещаются по сцене, создавая красивые картинки, которые порой радуют. Но ничего не рассказывают.
События развиваются стремительно, перемещая Есенина то в родную пасторальную деревню, то в горящую яркими огнями Америку. Толпы коллег по цеху, то высмеивающие поэта, то поддерживающие. Женщины, буквально кидающиеся на шею, такие одинаковые, что не различить в толпе, кто есть кто. Впрочем, в канве спектакля это неважно – мы же не о личности говорим, а об эпохе, тут не до индивидуальностей.
Но зачем нужна эпоха без личностей? Картинка без смысла?
Никто не спорит, любил Сергей Александрович женщин, и выпить был совсем не дурак, и подраться любил. Но неужели – это все, что о нем сказать хотели? Хотя жанр диктует особенности – зрители получили масштабное яркое зрелище, наполненное прекрасной музыкой. Может, этого и достаточно?..
