Юбилейная пятая премия "Культура онлайн" открыла прием заявок
18 июня 2024
Джазовый спектакль "Петя и Волк" собрал аншлаг!
18 июня 2024
Фестиваль "Театральные выходные" пройдет в парке "Зарядье" в Москве в июне
18 июня 2024
"Дни танца в “Сириусе”" пройдут под художественным руководством Светланы Захаровой
18 июня 2024

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

В издательстве АСТ вышел новый роман Сании Шавалиевой "Жёлтый ценник": публикуем отрывок из книги

– Бабоньки, – вскочил с водительского сиденья Володя, – можете притомиться под кустами. Особо не торопитесь, колесо менять будем.
Бабоньки забухтели, стали потихоньку вываливаться из салона и распределяться по округе.
Странное ощущение. Как будто была здесь.
– До Москвы сколько? – Жанна стояла около Володи и смотрела, как он помогает Генке вытащить запаску из багажника.
– Трис-та-та! – задыхаясь от тяжести, протянул Володя и стал придирчиво осматривать колесо: не хватало еще поменять на лопнутое.
– Да норм, – отряхиваясь от пыли, успокоил напарника Генка.
– Норм! Норм! – все-таки не удержалась Гася. Ее раздражала грязь на плече куртки. Отряхнуть не получалось, запасную не взяла. Придется теперь неумытой чушкой бегать по Москве. А как общаться с продавцами? Опыт подсказывал, что когда ты чист и опрятен, договариваться сподручней, у продавцов больше доверия к такому покупателю, а значит, можно выторговать скидку, поменять брак, выбрать нужный цвет. Да мало ли какие вопросы могут возникать во время торгов!
– Ездить не умеете, то тормозите, как прокаженные, то колеса дырявите, – продолжала бухтеть Гася.
Генка молча стал разворачивать домкрат, а Володя, требуя дороги для проезда запаски, закричал в ночь:
– А ну, бабоньки, посторонись!
Бабоньки даже не шелохнулись. Володя не удивился. Он успешно обкатил всех попадающихся на пути бабонек по кривой и уронил запаску около задней пары колес.
Ася стала продираться сквозь кусты к озеру. Берег казался золотым кольцом, позади которого вырисовывалась крыша мечети. Когда луну скрывали облака, вода на озере казалась темно-серой с черными пятнами теней от береговых кустов и деревьев. Но облака были небольшими, и поэтому вода на озере то высветлялась, то темнела. Ася смотрела на воду и видела двух лебедей, казавшимися в ночи серыми. Может, и не лебеди вовсе? Лебеди! Точно лебеди. Эти изогнутые шеи ни с чем не перепутаешь.
– Ты чего здесь? – Гася вроде сказала негромко, но все равно заставила Асю вздрогнуть всем телом.
– Напугала, – призналась Ася.
– Чего такая нервная? Дома проблемы?
Ася пожала плечами.
– Заблукала? Надо еха-ать. Ладно, я заметила, что тебя нет. Осталась бы здесь, – Гася махнула на лебедей и громко расхохоталась. – Полетела бы с ними за нами вдогонку. Летишь так по небу, лапами машешь и кудахчешь «Ох! Батюшки светы!..».
Гася тащила Асю за руку, не переставая трещать:
– Опаздываем уже. Потом на рынке места не будет. Будем бегать, как потерпевшие.
– Володька, чай будешь? – кричала какая-нибудь заботливая душа.
Володька уже по голосу узнавал, кто предлагает. С этой можно и пошутить – эта не обидится.
– Твой не буду, – громко отвечал Володя.
– Это почему? – обижался голос.
– Я от твоего чаю возбуждаюсь.
Автобус разрывало от хохота. И тут же неслось со всех сторон разными голосами:
– Молоток, не пей. Точно тебе говорю, мой муж попил уже раз.
– Да я только малеха.
– Мой возьми.
– Бабы дуры.
– Заткнитесь, спать не даете.
– Володька, у меня есть книга про любовь. Там жениха точно так чаем опоили.
– Володьку не тронь, Генку буди.
Гася пропустила Асю вперед и громко сообщила Володе:
– Вот, привела, – ухватилась за ручку и подкинула свое тело в салон: только в таком рывке она могла подняться на крутые ступени автобуса.
– Где была? – уставился Володя на Асю, пытаясь передать взглядом недовольство и усталость.
– На лебедей смотрела, – ответила за Асю Гася.
– Своих бл… не хватает? – Володя переставил «б» в начало слова, и получилось очень смешно и хлестко. В автобусе зычно засмеялись. Ася смутилась и, бесконечно извиняясь, заспешила к своему месту. Дожидаясь, пока Ася с Гасей пройдут в салон, Володя обернулся и громко крикнул:
– Все?
– Вроде все… – голоса нестройные, сомневающиеся.
– Соседей посмотрите, – не унимался Володя .
– На заднем сиденье два мужика были, – вдруг вспомнила Гася.
– Спят, я проверил, – буркнул Володя, открыл пакет с семечками: грыз, чтобы не уснуть.
Этого пакета хватит часов на пять, примерно через столько же будем в Москве. Сейчас бабоньки утихомирятся. Наступит тихое сопение, постанывание, всхлипывание, шуршание…
Володя любил заезжать в Москву ночью. Пустые проспекты, желтые светофоры, сонные милиционеры. Особенно много их становилось около самого рынка. Прятали машины за поворотом, в кустах. При виде челночного автобуса выскакивали, делали вид, что проверяли документы, меж страниц вылавливали денежку и умело пропадали в ночь досыпать. Незримый шлагбаум поднят, негласный пропуск выдан, номера автобуса переданы по рации. Милости просим в столицу нашей Родины. Дважды автобус не тормозили. Мзда уплачена, проход открыт. Если была попытка остановить второй раз, поднималась тревога. Вывод: или бандиты, или чужие на участке. И оба вывода нежелательные. Челночные автобусы очень часто грабили, поэтому их охраняли – за это водители платили: никто не собирался эти правила менять. В последний раз стало дороже, значит, придется бабонькам раскошеливаться, платить за билет и багаж по повышенному тарифу.
Километров через двадцать стал накрапывать дождь. Странно. На небе вроде ни облачка. Но весной может полить из пустоты.
Почему-то громко зашевелились пассажиры: кто-то стал бубнить, кто-то материться.
В зеркале видно, как, перешагивая через ноги женщин, медленно продвигался мужчина. Один из двух, что ехали сзади. Странные пассажиры: ни словом не обмолвились, на стоянках не выходили. Кутались в теплые зимние пуховики, когда на улице по-весеннему тепло. Но Володя уже привык к такому. Среди челноков довольно часто попадались непонятные личности: стихи пишут, песни горланят, жен бьют, лебедями любуются.
Мужчина осторожно прижимал локоть правой руки к животу, словно боялся уронить то, что там запрятано, и смотрел на водителя в отражение зеркала. «Может, живот прихватило, – думал Володя, одновременно следя за дорогой и мужчиной, – такое часто бывает с новичками». Придется останавливаться, а не хотелось бы. Кругом пустота и темень.
– Слышь, братан, – сказал человек, добравшись до Володи, – притормози.
– Не положено, – тихо ответил Володя, даже не сбавляя скорости.
– Не понял, – разочарованно удивился подошедший. – Ты че, братан, рамсы попутал? Тормози, говорю.
Володя не ответил. Слышно было только, как тихо шуршали колеса по асфальту, обгоняли автомобили, похрапывали спящие.
Человек склонился прямо над Володей и добавил:
– Тормози вон у того поворота. И советую не умничать, – улыбаясь, он откинул полу куртки и показал, что прятал.
Володя был так поражен, что резко крутанул руль и столь же резко остановился на обочине. Все кругом посыпалось, ухнуло, разоралось матом.
Человек в куртке, не ожидавший такого финта от водителя, не удержался, оступил, подался назад, левой ногой попал в пустоту лестницы и рухнул спиной на дверь. Володя стал судорожно шарить под сиденьем, потом бросился на него с молотком, но человек оказался проворнее – схватившись за поручень, почти в полулежачем положении, увернулся от удара. Володя навалился всем телом, молоток попал в стекло. От центра удара в разные стороны брызнули молнии трещин. Человек вывернулся, вскочил с подножки и, выхватив автомат, направил на Володю:
– Стоять, я сказал! Молоток брось.
Володя вместе с молотком поднял руки, хотя его никто не просил. Видимо, рефлекторно.
Человек вырвал молоток и, не зная куда его деть, сунул за пояс:
– Сука!
– Тихо, тихо, – успокаивал водитель человека с автоматом, а сам пытался что-то придумать.
Где-то близко заорала одна из пассажирок.
–Ты что, бандит, творишь?
– Заткнись, – ответил бандит, не поворачивая головы и не повышая голоса.
– Чего там? – закричал сзади Генка, и тут же получил удар по затылку. Генка тихо застонал, схватился за голову и завалился боком на сидушку. Завизжала женщина. Ее крик подхватили другие.
Раздалась автоматная очередь. С потолка брызнули крошки стекла и обивки. Стреляли с последнего ряда.
От резкого торможения Ася свалилась в проход, сверху ее накрыло одеялом и подушкой, а доска, перегородка меж сидений, сдвинулась с места и придавила ногу. Подняться никак не получалось. Видно было, что впереди лежит Гася. Умерла, что ли? – испугала Ася, тронула ее за ногу.
– Жива?
–Тише ты! – прошипела Гася и подтянула ногу под себя.
– Всем молчать! – послышался чей-то резкий голос.
Соседка слева сидела в углу, с большой сумкой на коленях, и внимательно смотрела вперед. Ася осторожно поднялась, выглянула из-за кресла. Спиной к окну и лицом к салону стоял человек в куртке и шапочке с прорезями для глаз. Стоял, вскинув на плечо автомат и широко расставив ноги, покачиваясь с пятки на носок. Увидав его, Ася задрожала мелкой дрожью, и по ее лицу побежали судороги.
– Всем встать, руки на спинки кресел впереди, – громко объявил он. – Это ограбление.
Сказал как-то буднично, устало, словно занимался этим каждый день и все эти ограбления давно превратились для него в рутину.
С улицы в переднюю дверь стали громко стучаться.
Володя встрепенулся и тут же получил прикладом по спине:
 – На колени.
Бандит поднял приклад для второго удара, но Володя уже рухнул на колени и стал отодвигаться внутрь салона, пристально осматриваясь вокруг. Второй удар догнал водителя, когда тот уже высмотрел под одним из кресел металлический штырь. Этот удар пришелся Володе по шее.
Ася видела, как жалобно перекосились его губы, он словно просил прощения у пассажирок: «Простите, бабоньки, как мог старался». Володя растянулся ровно вдоль прохода, даже не успев подстраховать себя вытянутыми руками. Лежал, словно опрокинутый манекен – лицом вниз, с руками вдоль тела.
В дверь уже барабанили.
Не отрывая пристального взгляда от салона, бандит надавил на кнопку открытия дверей. Все делал без лишней суеты, на полном автомате, потому что все знал: знал реакцию пассажиров, знал, где находится кнопка, знал, кто долбится в дверь.
Ася наивно ждала, что сейчас их спасут. В салон ворвется милиция, всех перестреляет. Смешно, по-детски мечтала она и ждала, когда эта дверь наконец-то тронется с места. Дверь отворялась целую вечность. С улицы в образовавшуюся щель протиснулся третий человек в маске и оказался в салоне рядом с первым.
– Чего так долго?
– Колесо меняли, – ответил первый. – Сумку давай.
Первый пошел по проходу собирать с пассажиров деньги, а только что вошедший завел автобус и повернул направо, в лес.
Около Жанны бандит задержался. Она попыталась доказать, что денег у нее нет. Он, естественно, не поверил, за волосы выдернул ее в проход, бесцеремонно ощупал поясной кошель, опорожнил сумку, выдернутую из-под сиденья, перетряхнул постель. Деньги выпали из наволочки. Бандит поднял, молча продемонстрировал всему салону и с легким размахом ударил женщину по лицу. От удара ее голова резко мотнулась, веером раскрылись короткие волосы, из носа полетели сопли, изо рта – слюни.
Жанна, ожидавшая чего-то подобного, плюнула бандиту в лицо. Весь салон охнул. Бандит схватил Жанну за волосы и крепко поцеловал в губы, потом бесцеремонно отпихнул и поднял автомат.
Жанна, заваливаясь на бок, раскинула руки, ударилась, ойкнула и вдруг заорала.
– Сука! – вскипела она и стала тыкать в лицо бандита растопыренными пальцами. – Ты мне ноготь сломал. Сука!
Бандит на секунду смешался, а Жанна закрыла лицо руками и заплакала. Ее слезы, видимо, бандита успокоили, и он двинулся дальше. Никто больше не делал попытки отбиваться и сопротивляться.
Когда бандит подошел к Асе, она готова была его убить. Вспомнился сон матери, ее пророчество. Вот бы сейчас схватить подушку и придавить этому гаду морду.
Асю передернуло от страшных мыслей. Она вздохнула: все равно ведь этого не сделает, даже ради денег. Деньги она еще заработает, а вот от такого дерьма никогда не отмоешься.
Когда автобус остановился, бандит уже дошел до конца салона. Судя по тому, как вытянулись ручки сумки, улов оказался внушительным. Среди пассажиров оказались довольно богатые предприниматели.
Напарник бандита, из последнего ряда державший под контролем весь салон, заглянул в сумку, кивнул. Может, он и улыбнулся, но в маске не разобрать.
Ася не заметила, когда открылись двери. Она скорее почувствовала, когда вдруг потянуло гниловатой сыростью. Первый бандит, перехватив сумку руками, поспешил на выход, второй пинком заставил Генку идти к дверям. Бледный, с торчащими дыбом волосами, Генка шел вдоль прохода, постоянно оглядывался и запинался, а его глаза, мутные от прилива крови и потрясения, искали у пассажиров помощи и поддержки. Нетрудно догадаться, что в этот момент чувствовали остальные. Все больше и больше всех охватывало оцепенение. В страхе они увидели, как бандит, который вел автобус, наступил на ногу Володе, все еще лежащему на полу лицом вниз. Володя вскрикнул, попытался подтянуть ногу под себя, но в тесноте прохода не получилось.
– Вставай! – приказал третий. – На выход!
В окно было видно, что к автобусу подъехала полностью тонированная легковушка. Что-то жгуче неприятное было в этом автомобиле, но что именно, Ася понять не могла. Она напряглась и вдруг вспомнила, что он напоминает катафалк, на котором везли Сагадат апу и тетю Веру.
Один бандит караулил водителей, второй грузил сумку, третий вытаскивал из багажника цепи, четвертый копошился около заднего колеса, но его было плохо видно. И тут раздались выстрелы.
Володя с Генкой сидели на земле, пристегнутые цепью за руки к колесам. Сами же колеса были прострелены и спущены. Генка, затихший и пораженный, сидел у переднего колеса, Володя был прикован к заднему.
Так вот, значит, зачем бандиты стреляли!
Все подготовили, все предусмотрели.
Постепенно возбуждение угасало, все понемногу приходили в себя. Небо стало наполняться рассветом.
Гася уже в который раз дергала цепи и понимала что это бесполезно. Володя внимательно следил за ней, советовал ударить молотком, поискать ключи от замка. Иногда наваливались всем скопом, тогда на его лице виднелось напряжение и надежда.
– Ну же, ну, бабоньки, – морщился он от боли и пытался выкрутить кисть из металлического кольца, охватившего его запястье.
– Что будем делать? – спросила Жанна.
– А ты что предлагаешь? – откликнулся Генка.
– Давайте разделимся, часть останется здесь с вами, часть вернется.
Володя откликнулся первым.
– Куда вернется?
Жанна пожала плечами:
– На дорогу, естественно. Поймаем попутку, сообщим в милицию, диспетчеру. Не сидеть же здесь.
Все стали перешептываться. План Жанны выглядел вполне разумным.
– Кто пойдет со мной? – решилась на вопрос.
Отозвались пять человек, Ася была среди них.
– Собирайся, – кивнула Жанна Асе. – Только быстро.
«А чего собираться? Все при мне, денег только нет. Тележку с сумкой все равно не потащу, оставлю в автобусе».
– Только у меня нет денег.
Жанна округлила глаза.
– Ты что, все отдала?
– А как по-другому? – пролепетала Ася.
Поляна разразилась хохотом…
Ася с Жанной вышли на проселочную дорогу и торопливо зашагали в глубь рощи: впереди длинноногая и красивая Жанна, за ней Ася – нелепая и напуганная. Поднялись на невысокий холм и всмотрелись в даль.
– Вон там, – указала пальцем Жанна. – Там Москва.
Дорога уходила в противоположную сторону.
– Может, срежем, – предложила Ася.
Жанна задумалась.
– Ты умеешь ориентироваться?
– По солнцу пойдем. Где оно сейчас? Слева? Москва у нас на западе, едем мы с востока. Значит, солнце до обеда должно светить нам в спину. Правильно?
– Наверное, – пожала плечами Жанна, повернулась спиной к солнцу и смело шагнула в самое сердце кустов.
Ася удивилась. Она ожидала, что Жанна будет спорить. И подождала немного, подозревая, что Жанна одумается и вернется, но кусты трещали все дальше и дальше.
Ася догнала Жанну около большой березы. Жанна, присев, что-то высматривала под низко свисающей веткой.
– Ты чего? – громко окликнула Ася Жанну.
Жанна вздрогнула.
– Показалось, – отмахнулась она.
– Жанна, – начала Ася. – Я подумала, зачем нам в Москву?
Жанна удивилась.
– Как зачем? Грузиться будем.
– Жан, я же видела, что у тебя все перевернули.
– Ну, во-первых, не все, у каждой бабы в автобусе есть схрон. У меня, например, под подушкой сиденья, второй – в подошве ботинок и третий – у водителей в багажнике.
– Три схрона? – искренне удивилась Ася.
– Учись, если хочешь долго работать и зарабатывать.
– И часто вас грабят?
– Меня второй раз, а вот Зульку, твою соседку, раз пять уже прошмонали. Ты не смотри, что на вид заморыш, это самая крупная акула у нас на рынке – кожей торгует.
– А если убьют, – Ася с трудом произнесла те слова, которые ее пугали до судорог в мозгу.
– Если будешь вякать – точно грохнут. Но обычно бандиты не убивают, во-первых, понимают, что грабить потом будет некого, во-вторых, если появится убой, менты поднимутся всей страной. Нас, барыг, хоть и не уважают, но оберегают. Ну и в-третьих, все там будем. Если жизни бояться, лучше в могиле валяться. Это я сама придумала, – похвасталась Жанна и вновь пошла напролом через кусты.
– Жанн, – решилась спросить Ася. – Говорят, вернее, сама знаю, что у тебя была хорошая парикмахерская?
– Ну была.
– Говорят, тебя закрыла жена твоего любовника?
Жанна резко остановилась, обернулась к Асе всем телом:
– А вот это не твое дело!
Ася смутилась.
– Не обижайся. Так спросила, для опыта. Чтобы снова не проколоться. А то выходит, что в автобусе я самая дурочка.
– Если для опыта, тогда лови совет: никогда не лезь в чужую душу и постель. Ферштейн?
– Чего? – споткнулась Ася о корягу упавшей сосны.
– Я спрашиваю: поняла?
– Мне твой совет ни к чему. Я мужа люблю.
Жанна хохотала искренне, утирая слезы и хлопая себя по коленям.
–… ха-ха-ха, мужа она любит!
– И он меня, – надула губы Ася.
– Он тебя?! – вновь взорвалась в смехе Жанна. – Учти, любящие мужья жен оберегают, лелеют, холят. А ты… – она ткнула Асю в грудь острым ногтем, – привыкай к мысли: пока ты здесь, твой муж кувыркается там. С более удачливой, чем ты.
– Я сама поехала! – воскликнула Ася.
Ей в глаза хлынула кровь, так больно ударили слова Жанны.
– Естественно, сама. Но поверь моему опыту. Я ж в парикмахерской работала, насмотрелась. Даже от принцессы Дианы муж бегал налево. И ничего. Двух детишек наскребли.
В эту секунду Ася возненавидела Жанну всей душой.
– И не смотри так на меня. Лучше оберегай мужа, проверяй температуру кровати после круиза по стране.
– Мой Руслан не такой.
– Я сдаюсь, – шутовски высоко и широко раскрыла объятия Жанна. – Плюнь на меня и не слушай. Я рада ошибиться, – Жанна подняла голову и закричала в небо. – Я рада ошибиться! Небо, ты меня слышишь? Повторяю, я рада ошибиться!
– Тише ты, – Ася показала на невысокое строение, окруженное забором и колючей проволокой.
На крыльце стоял солдат в выгоревшей форме. Услышав голос из леса, он напрягся, схватил автомат обеими руками и попеременно стал смотреть то на небо, то на рощу.
Жанна притихла, спиной прижалась к стволу березы. Убедившись, что солдат их не видит, Жанна присела, отползла к Асе, зашептала:
– Что будем делать? Что? Что…
И в этот момент в воздухе повис громкий голос солдата.
– Выходи, – крикнул он, глядя именно туда, где находились Жанна с Асей. – Стрелять буду.
– Что ж за день такой! – всплеснула руками Жанна.
Из домика выскочил второй.
– Ты чего орешь?
– Там кто-то есть, – ответил первый, – я слышал.
– Показалось, – махнул рукой второй, – мины же кругом.
Ася схватилась за голову. Ее мозг закипал и не хотел больше думать. Куда они вообще попали? Какие мины? На дворе девяносто пятый год. Тысяча девятьсот девяносто пятый, какие мины?
С сухим карканьем пролетела ворона.
– Лось? – предположил второй и проследил за траекторией полета птицы.
– Мы здесь! – вдруг закричала Жанна и стала махать руками.
Оба солдата вздрогнули одновременно, словно по приказу.
– Екарный бабай! – возопил второй и юркнул в дом. Через секунду он появился с автоматом.
«И у этого автомат! Вся страна с автоматами, только я с тележкой! Может, вовсе и не автоматы. Или автоматы?!» – стала истерить Ася, понимая, что абсолютно не разбирается в оружии: ей что автомат, что винтовка – все едино, она не видит разницы. Ее этому не учили, ей этого не надо. Только однажды, в тире, желая выиграть пушистого белого медвежонка, она стреляла по мишеням из пневматической винтовки. Пули походили на серебристые маленькие шарики, приплюснутые с одного края. Хозяин аттракциона заряжал ими винтовку: «На, девочка, стреляй!» – улыбались его глаза. Винтовка была тяжелая, при выстреле больно отдавала в плечо и посылала пули совсем не туда, куда хотела Ася.
– Мальчики, миленькие, мы заблудились, – громко позвала Жанна и демонстративно зашуршала ветками, выходя из кустов.
– Стоять! – рявкнули оба солдата. – Стойте на месте!
Первый солдат включил рацию и стал что-то тихо докладывать.
– Женщина… через минное поле, – слышала Ася обрывки фраз и понимала, что солдаты пока еще ее не видят. Может, притаиться? Совсем офонарела! Остаться одной в лесу, посреди минного поля? Да она, может, уже стоит на мине. Ася с опаской посмотрела под ноги…

***

Заказ книги: https://ast.ru/book/zheltyy-tsennik-863035/

 

 

Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РАЗДЕЛА "ЛИТЕРАТУРА"

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

В России создана Общероссийская общественная организация содействия сбережению, развитию и распространению культуры, идеалов и ценностей русской многонациональной цивилизации "Мы есть Русские"
Юбилейная пятая премия "Культура онлайн" открыла прием заявок
Джазовый спектакль "Петя и Волк" собрал аншлаг!

В Москве

Фестиваль "Театральные выходные" пройдет в парке "Зарядье" в Москве в июне
Программа X Книжного фестиваля "Красная площадь" 2024 на 7 июня
Программа книжного фестиваля "Красная площадь" 2024 на 6 июня
Новости литературы ВСЕ НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ
Вы добавили в Избранное! Просмотреть все избранные можно в Личном кабинете. Закрыть