Все фото предоставлены Пресс-службой Московской филармонии. На фото: Д. Шишкин, А. Рудин.
Фестиваль-2026 Российского национального вызвал у меломанов необычайный интерес, благодаря, в том числе, нынешней концептуальной идее. Хотя фестивальные декады РНО всегда в чести у публики, но на этот раз придумщики программ вызвали особенно горячее любопытство аудитории. Вокруг сочинений юбиляра вращались произведения старших и младших современников Шостаковича, хронологически отдаляясь от него в противоположные временные стороны, уйдя, наконец, на орбиты с разницей в 122 года. Именно такой, более вековой пробел разделяет опусы, прозвучавшие в завершающем концерте фестиваля: Шестая симфония Г. Малера 1904-го и "Контрафорсы" В.Горлинского 2026-го года сочинения.
Парад дирижёров и исполнителей, участников концертов, подарил яркие впечатления поклонникам: художественный руководитель и главный дирижёр РНО Александр Рудин, дирижёры Александр Сладковский и Фёдор Безносиков, пианисты Владимир Вишневский и Дмитрий Шишкин, тенор Игорь Морозов. И, разумеется, магическая сила высокой классики работала на сверхнакал эмоций переполненного зала - коллектив замахнулся на высочайшие образцы мирового симфонизма в лице Шостаковича и Малера.
Тандем А. Сладковского и В. Вишневского первым стартовал на фестивале. На открытии прозвучали Десятая симфония (1953) Д. Шостаковича, "Старинная музыка российских провинциальных цирков" - концерт № 3 для большого симфонического оркестра (1989) Р. Щедрина, Концерт № 1 для фортепиано с оркестром (1912) С. Прокофьева. По разъяснениям ведущего фестивального цикла Ярослава Тимофеева прозвучавшая музыка принадлежала авторам ближнего круга-орбиты Дмитрия Дмитриевича.
Вторая программа объединила Александра Рудина и Дмитрия Шишкина. Ясно выстроив архитектонику всех сочинений, глубоко погрузив слушателя в три разных композиторских стиля, музыканты при неоценимой поддержке оркестра блистательно представили свой выбор: Симфоническая сюита "Из средних веков" (1902) А. Глазунова, 4-х частный цикл которой включил Прелюдию, Скерцо, Серенаду трубадура, Крестоносцев, затем Концерт для фортепиано с оркестром (Токката, Вальс, Экспромт, Марш, 1938) Б. Бриттена и Пятую симфонию (1937) Д. Шостаковича.
Сложные многосмысловые произведения достались молодому маэстро Фёдору Безносикову. Мировая премьера Владимира Горлинского (р. 1984) "Контрафорсы" для большого симфонического и электронного оркестра, вокальные миниатюры "Шесть романсов" для тенора и оркестра (1928/1932) на стихи японских поэтов Шостаковича, солист Игорь Морозов, и предвкушаемая знатоками и любителями Шестая симфония "Трагическая" ля минор (1904) Г. Малера.
Ранний вокальный опус, таящий неразгаданности до наших дней, ожидал увидеть свет рампы более тридцати лет, да и сегодня звучит весьма редко. Игорь Морозов глубоко проникся этой музыкой о любви и смерти, ведя за собой оркестр. Дирижёр положился на солиста, лишь помогая естественности звучания оркестровой ткани тройного состава с двумя арфами и большой группой ударных.
На фото: В. Горлинский, Ф. Безносиков.
Присутствовать на мировой премьере всегда волнительно и вдвойне любопытно. Коллектив РНО заказал новинку Владимиру Горлинскому специально для нынешнего фестиваля в честь Шостаковича. Название "Контрафорсы" имеет несколько значений, но, безусловно, метафора противовеса чему- или кому-либо, злу, судьбе, тирану имеет прямой отсыл к личности, творчеству Шостаковича и его эпохе. Выразительно и символично сказал ведущий Ярослав Тимофеев: "Шостакович - это контрафорс музыки XX века".
Электронный оркестр у Горлинского звучал в записи одновременно с симфоническим, препарируя и деформируя тембры. Жёстко и хлёстко, длительно и напряжённо сила невиданной мощи разрывала звуковую вселенную. Этот невиданный накал уравновесил второй эпизод, в котором прозвучала запись летней московской грозы с дождём. Тонкие вибрации заполнили своды зала и принесли облегчение.
Ещё более нервный, на разрыв аорты, накал транслировал оркестр в Малере. Маэстро Фёдор, не экономя силы, не жалея себя, вытягивал из оркестрового организма неведомые ресурсы. Настоящее испытание и огромный вызов - взяться за малеровскую махину, примерив на себя весь безысходный трагизм музыки и личности автора. Ощущалось громадное преодоление со стороны дирижёра, музыка требовала гигантских эмоций, при этом нельзя было потерять холодный разум. Для слушателя это тоже было огромной работой всех эмоциональных порталов, выводящих духовный порыв в трансцендентное состояние.
Российский национальный оркестр завершил такими колоссами от музыки свой фестиваль, выказав высочайший уровень профессиональной компетенции и подтвердив в очередной раз звание одного из лучших коллективов России.
