Фото: фестиваль "Видеть музыку"
"По мотивам рок-оперы Алексея Рыбникова "Звезда и смерть и Хоакина Мурьеты" - так деликатно написали на афише создатели спектакля режиссер Валерий Лысенко и хореограф Оксана Холева. И права соблюли, и свободу от оригинала задекларировали.
История этого сочинения, хоть и не так кровава, как история реального латиноса с разбойничьими замашками и неземной любовью к жене, но тоже довольно-таки событийна. Несмотря на то, что поэтический источник принадлежит чилийскому поэту Пабло Неруде, коммунисту и большому другу СССР, сюжет, романтизирующий мексиканского бандита (Неруда превратил своего героя в чилийца), разбойничавшего в Калифорнии во времена "золотой лихорадки" и убитого рейнджерами, в 70-е годы в нашей стране воспринимался, мягко говоря, странно. Тем не менее, прорвав цензурную блокаду, рок-опера Алексея Рыбникова на русский текст Павла Грушко в постановке Марка Захарова стала хитом театра имени Ленинского комсомола. Лет 10 назад появилась новая версия "Хоакина", где автором текста стал Юлий Ким, а сам Хоакин обрел свою первичную национальную идентичность – мексиканец. Процесс преобразования рок-оперы проходил не бесконфликтно – не так уж часто при живом авторе либретто его меняют на другого. Но факт есть факт: новый "Хоакин", отныне мексиканец, поменяв жену Тересу на жену Росситу, отправился покорять российскую сцену. И вот – Калининградский вариант "по мотивам". И надо сказать, что мотивы вполне удались.
Фото: фестиваль "Видеть музыку"Скромная сценография, лаконичные, если не сказать бедные костюмы – в программке художник даже не указан, вероятно, его роль взял на себя режиссер – спектакль берет не картинкой, а звучанием и отличным актерским составом. На сцене – живая рок-группа, играющая с истинным драйвом, бешеной энергетикой и тем нервом, который необходим в этой стилистике. В градусе эмоции не уступают и артисты – Андрей Круглов (Хоакин), Михаил Петров (Хесус), Илья Рихтер (Мануэль). Но лидерами в этом спектакле, конечно, стали Николай Перлухин в роли Смерти и Юлия Ткачева в роли Росситы. И несмотря на то, что спектакль оказался весьма уязвимым по звуку – не было нужного баланса между инструменталом и вокалом, обилие микширования иногда превращало звук в неуправляемый поток, вследствие чего терялся текст – досадные издержки исполнения спектакля на чужой площадке – тем не менее авторам и артистам удалось воссоздать на сцене атмосферу, в которой бунтарство, протест, безбашенное бесстрашие, безумный авантюризм соединились с такой же безмерной и бездонной любовью и нежностью. Возможно, именно в этом секрет легендарной харизмы Хоакина Мурьеты – такие страсти не доступны современному прагматику, а ведь так хочется иногда сбросить с себя оковы разума и осторожности и ощутить вкус жизни, опасно граничащей со смертью.
Фото: фестиваль "Видеть музыку"Спектакль решен в жанре рок-альбома. Он начинается с большой хореографической увертюры, настолько долгой, что кажется, будто мы пришли на танцевальное представление. Разговорных диалогов очень мало – и это нормально для жанра рок-альбома, но увы, недостаточно для спектакля. Зрители, которым сюжет "Хоакина" неизвестен, вовек не разобраться, что здесь происходит. И даже тем, кто его помнит, приходится пробираться сквозь дебри сюжетной невнятицы. В конце концов начинаешь воспринимать полуторачасовое динамичное действие как серию клипов, что опять-таки допустимо для театрализованного рок-альбома, но не вполне адекватно законам драматургии музыкального театра.
Отдельный комплимент хочется адресовать Айдару Закирову, постановщику трюков. Сцены драки поставлены великолепно – с кинематографической реалистичностью, но при этом без шокирующей жестокости.
Ну а великие хиты Рыбникова, конечно, остаются непревзойденными в отечественной рок-музыке. Пусть даже и воссозданные "по мотивам".
