Фото Дениса Жулина. Все фото предоставлены пресс-службой театра.
Режиссер Иван Поповски, один из учеников Петра Наумовича Фоменко, создал удивительно живую вещь. Мы уже знаем Ивана по "Сну в летнюю ночь" и "Вишнёвому саду" у тех же "Фоменок" и по чудесному "Обыкновенному чуду" в Вахтанговском театре. В "Селе Степанчикове" Поповски снова показал класс режиссерского мастерства: это русский классический театр, но без капли нафталина и музейной пыли. Спектакль идет четыре с половиной часа, и это звучит пугающе, но на деле время пролетает незаметно, и от сцены буквально невозможно оторвать взгляд с первых минут.
Фото Дениса Жулина
Сюжет, как повести, так и спектакля, крутится вокруг ситуации, как бывший приживал и генеральский шут Фома Фомич Опискин, благодаря своей хитрости, красноречию и коварным манипуляциям, подчинил себе всю усадьбу, превратив умных и образованных людей в своих бесправных слуг. Из шута он вырос в настоящего домашнего тирана. Достоевского не всегда просто переложить на сценический язык, но в данном случае инсценировка сделана тонко и мастерски. Несмотря на то, что персонажей в повести довольно много, и действие спектакля начинается позже, чем сам сюжет произведения, зритель сразу без труда считывает и понимает, кто есть кто. Все родственные связи, имена и интриги укладываются в голове быстро, легко и без путаницы.
Фото Дениса Жулина
Отдельная радость спектакля – сильные актерские работы. Разумеется, сыграть Фому Фомича Опискина – задача не из лёгких, ведь в истории нашего театра и кинематографа эту роль блистательно исполняли такие легенды сцены, как Сергей Юрский и Лев Дуров. Сравнения всегда неизбежны. Но Олег Нирян создал яркий и сильный образ, сыграл нового и по-своему уникального Опискина. Его персонаж очень умён, хитер и изворотлив. Это человек, которого жизнь изрядно побила, и он научился приспосабливаться к любым условиям, подстраивать всякую систему под себя и выжимать из неё максимум. Полковника Ростанева играет Никита Тюнин. Актёр почти всё время спектакля находится на сцене и создает удивительно теплый, мягкий и характерный образ. Его деспотичную и недалёкую матушку, генеральшу Крахоткину, играет Галина Тюнина. Текста у неё здесь не так много, но зато как она работает мимикой, пластикой, как оценивает всё происходящее в своём доме, даже то, как смотрит на окружающих её приживалок и как боготворит Фому Фомича!.. Наблюдая за игрой актрисы, получаешь колоссальное удовольствие. Также порадовал молодой актер Виктор Трайбер в роли Сергея, племянника полковника. У него получился яркий, живой и запоминающийся образ. Отдельного упоминания заслуживает появление на сцене Кирилла Пирогова – замечательного артиста, режиссера и настоящей звезды театра. Его персонаж, господин Коровкин, врывается в действие буквально на пять минут, под самый занавес. Однако даже за этот крошечный хронометраж актер умудряется создать безумно яркий, гротескный и эксцентричный образ. Короткий, но мощный бенефис Пирогова становится финальной эффектной точкой в постановке. Особый драйв и колорит спектаклю придает обилие живой музыки, песен и танцев, которые делают постановку ещё более эффектной и запоминающейся.
Фото Сергея Петрова
Невозможно не сказать отдельно про сценографию Марии Трегубовой – это просто визуальный восторг. То на сцене возвышается огромный зеленый холм, покрытый травой, на вершине которого стоит дворянская усадьба со светящимися окнами, то мы попадаем во внутренние роскошные покои этой усадьбы, а то созерцаем проезжающего через сцену огромного белого быка. Интересно решены и костюмы: половина героев одета в чёрное, половина в белое. Но это вовсе не банальная борьба добра со злом. Скорее, чёрное носят те, чьи головы задурманены речами Опискина, кто потерял способность мыслить ясно. В белом же ходят герои, пытающиеся сохранить трезвый ум и готовые восстать против хитрости святоши-приживала. Есть и одна героиня, которая выбивается из рамок чёрно-белого мира: это Татьяна Ивановна, которая полностью оторвана от реальности, она сначала в зелёном платье, а потом в розовом. Так подчёркнуто, что она существует на своей волне. Визуально спектакль получился невероятно сочный и красочный, им буквально любуешься каждую минуту.
Фото Дениса Жулина
Интересно, что у этой повести любопытная театральная история. На странице спектакля упоминается, что особое место в её судьбе занимает сценическая версия МХАТа, которую выпустили прямо перед Октябрьской революцией, в сентябре 1917 года. Роль полковника Ростанева тогда репетировал сам Константин Сергеевич Станиславский. Это была его последняя актёрская работа, которую он долго и трепетно готовил, но на сцену в этой роли так и не вышел. Зато остались подробные стенограммы его репетиций с глубочайшим разбором всех персонажей. Неизвестно, взял ли что-то в свой спектакль из этих старых записей Иван Поповски, но по форме его спектакль местами вовсе не чужд классических МХАТовских традиций: исторические декорации и костюмы, бережно сохраненный текст Достоевского, никакого грубого осовременивания и постмодерна.
Фото Дениса Жулина
При этом Поповски искусно разбавляет классику элементами фантасмагории и лёгкого абсурда. Да и сам спектакль называется "Фантасмагорией в двух действиях", поэтому без сновидений тут не обойтись. Сначала мы видим сон Фомы Фомича, где он представляет себя Наполеоном, но затем его начинает преследовать огромный оживший бюст покойного генерала Крахоткина. И перед каменным истуканом "грозный тиран" Опискин моментально теряется, снова превращаясь в жалкого шута, изображающего, на потеху генералу, то собачку, то мишку. А затем на сцене появляется огромный белый бык – красивый и пугающий, навязчивый образ, преследующий Фому. А во втором действии мы видим не менее сюрреалистический сон полковника Ростанева.
Фото Дениса Жулина
Местами актёры играют на грани фола, сознательно гипертрофируя эмоции, но этот гротеск и некоторая старомодная возвышенность актерской подачи, в данном случае, совсем не раздражают, а, наоборот, делают образы более объемными, и, как ни странно, живыми, и усиливают комедийный эффект. Стал замечать, что сейчас становится популярным прием: поместить актеров в абсолютно классическую среду, и при этом, чтобы их игра была местами на грани гротеска и карикатуры. Похожий трюк провернул Валерий Фокин в своем недавнем "Ревизоре с продолжением" в Александринском театре. Там зритель визуально смотрит спектакль театра XIX-ого века, каким он был при Гоголе, но за счёт острой игры артистов и правильно расставленных акцентов из хрестоматийного текста появляются свежие актуальные смыслы и современный юмор.
Фото Дениса Жулина
Кстати, параллель с творчеством Гоголя здесь возникает неслучайно: ведь из всего литературного наследия Достоевского именно "Село Степанчиково" по своему стилю и характеру юмора ближе всего к гоголевскому миру. Текст повести на удивление светлый, легкий и ироничный. Писатель создавал его с явной оглядкой на мольеровского "Тартюфа", но пересадил знаменитый французский сюжет на русскую почву и адаптировал под наши реалии и быт. Может, ещё и поэтому в спектакле и в манере актерской игры отчетливо ощущаются легкость, игровой азарт и эксцентрика, свойственные комедиям не только Гоголя, но и Мольера.
Спектакль Ивана Поповски "Село Степанчиково и его обитатели" – отличный пример того, что классика может быть живой, веселой и чрезвычайно увлекательной. А в театре определенно появился очередной яркий хит, который, несомненно, долгие годы будет собирать полные залы. Остается только порадоваться за театр и его зрителей, которых ждут прекрасные вечера в "Мастерской Петра Фоменко".
