Не знаю, смотрел ли Владимир Данай этот сериал, но пошёл в том же направлении и поставил "Игрока" вообще без самого главного и интересного, то есть без сцен в казино.
И что в итоге?
Зритель идет на "Игрока" именно ради того, чтобы увидеть потрясающие эпизоды пагубного азарта, краха и надежды. А там их нет. Вообще. Совсем.
Сцена, как богатая барыня проиграла все свое состояние, дается в виде пересказа актером Василием Бочкаревым, исполнителем роли Потапыча.
А история того, как Алексей выиграл двести тысяч, вообще никак не рассказывается. Ну, выиграл, и все тут.
Фото Софии Филатовой.Конечно, Василий Иванович Бочкарев великолепный актер. В его устах любой текст звучит мощно. Но это же не чтецкий вечер! Я, как и любой зритель, хочу видеть действие, а не его описание!
Тем более странен такой подход от Владимира Даная.
Он прекрасный режиссер. В прошлом сезоне в том же Малом театре он поставил один из лучших спектаклей сезона
"Защита Лужина". В "Защите" была потрясающе красивая и эффектная сцена шахматной партии Лужин — Туратти. Одна из лучших сцен сезона, ставшая кульминацией всего повествования. Да, она короткая, простая, но безумно напряженная. В рамках сжатого действия была показана вся трагедия шахматиста. Фактически — столкновение двух миров: рационального и эмоционального. Благодаря этой сцене стало понятно, почему в итоге Лужин сделал такой страшный выбор.
А здесь?
Ничего!
И это при том, что Алексея играл прекрасный актер Иван Трушин, Барыню — Людмила Титова. Конечно же, они способны создать любой, самый сложный образ, показать нам любое состояние, в том числе и бешеный азарт, который обуял героев Достоевского. Но ничего такого нет. Пустота.
После спектакля мы обсуждали с коллегами увиденное. Вердикт почти однозначен: прекрасные актеры, которым совершенно нечего играть.
Фото Евгения Люлюкина.И это, увы, так. Начало спектакля многообещающе. Диалог Алексея и Полины (Арина Осипова) решен в очень интересном ключе. Оба актера говорят очень быстро, почти скороговоркой, но эта скороговорка невероятно эмоциональна, звучит фактически как молитва. Какой великолепный заход!.. Несмотря на то, что диалог длинный — от него совершенно не устаешь. Как бы входишь в мир повествования Достоевского.
Ну, сейчас начнется! Предвкушаю!
Но (!) Полина уходит. Вместо нее приходит Генерал (Дмитрий Зеничев) и снова диалог на двоих (минут так на десять).
Потом Генерал уходит, появляется Де Грие — и снова диалог! Де Грие уходит, появляется Мистер Астлей, и опять затевается разговор двух людей!
Да, в конце каждого диалога происходит короткое действие, но его явно мало. Мы пришли в театр, а не на дебаты.
Фото Евгения Люлюкина.В результате в спектакле всего одна массовая сцена в конце первого акта — когда приезжает Барыня. Картинка хорошая, эффектная. Она настраивает нас на то, что мы сейчас увидим, как прекрасная Людмила Титова играет азарт! Мы увидим ее лицо, на котором меняются эмоции от эйфории до отчаяния. Но нет. Нам его не показали!
Барыня проиграла все в антракте!
А зритель оказался обманутым, ибо не получил того, ради чего шел.
И это непростительно в рамках именно Малого театра.
Если мы идем на спектакль Антона Федорова или Андрея Маника — мы внутренне готовы к тому, что действие
"Дон Кихота" происходит в прачечной, и в конце концов идальго засовывают в стиральную машину, или что
"Три сестры" заканчиваются дискотекой. Ради таких финтов мы и любим этих замечательных режиссеров.
Фото Евгения Люлюкина.Но Малый — это классический театр, в который зритель идет ради того, чтобы увидеть классику в исходном виде.
А как это может быть, если из спектакля вырезаны ключевые сцены!
Можно, конечно, и "Горе от ума" поставить без Чацкого. Но точно не в Малом театре.
В аннотации написано, что Владимир Данай исследует природу зависимости.
Если изначально была такая идея — то она вообще не получилась.
Как можно исследовать то, что не показано?
Никакого азарта нет! Никакой зависимости — нет!
Фото Софии Филатовой.Получилась достаточно куцая мелодрама, в основу которой положены разборки между Алексеем и Полиной. Я испытываю эмоции в отношении актера Ивана Трушина, потому что он прекрасен, но в отношении его героя не испытываю ровно ничего, потому что режиссер его максимально кастрировал.
Злые языки говорили, что сцены в казино не было, ибо режиссер не знал, как ее поставить. Так это или нет, я не в курсе.
Но если так, то ничего страшного нет. Бывает.
Ну, значит, надо выбрать другое произведение, где режиссер будет знать, как поставить все ключевые сцены.
А иначе, извините, обман.
А зрителей обманывать нельзя!
Фото Евгения Люлюкина.В общем — спектакль можно посмотреть, но исключительно ради прекрасной актерской игры и гениальной музыки британца Plastikman.
Сочетание минимал техно Plastikman, Достоевского и Малого театра — это действительно сильно.
А все остальное — не очень.
