Сергей Литвинов и почти кролик. Фото из личного архива писателя.
Что такое: "Пыжики стоят, кролики идут"?
Советский человек с легкостью отгадывал эту загадку: праздничная демонстрация 7 ноября.
В самом деле: на Мавзолее — члены политбюро и другие официальные лица, все в пыжиковых шапках. Под ними — проплывает волнующееся море голов (как писали в официальных отчетах). И дружно радующиеся на Красной площади демонстранты — почти поголовно в шапках из кролика. И только некоторые, особо выдающиеся граждане: лауреаты, хоккеисты или дикторы центрального телевидения — в лисе, песце или ондатре.
Кролик, или, точнее, заяц, подходит, чтобы стать нашим тотемным животным. Маскотом, символом державы.
Не случайно любимейшие советские герои, из детства, зайцы: Степашка из "Спокойной ночи, малыши" и безымянный отличник-пионер из "Ну, погоди".
А самая популярная песнядля четвертого поколения россиян — "Песня про зайцев". Все караоке, от Сочи до Певека, голосят: "А нам все равно, а нам все равно! Пусть боимся мы волка и сову!" — и далее, вплоть до косьбы волшебной трын-травы.
Недаром редакторы-приемщики "Бриллиантовой руки" очень не хотели, чтобы "Зайцы" прозвучали в ленте. Вроде и придраться не к чему, но чувствовали они в словах и музыке разухабистую издевку над дружными усилиями по части построения коммунизма.
Это вообще в нашем характере: удрать, ускакать от магистральной линии, от плотоядных хищников, и где-то там, в темно-синем лесу, радоваться, как ловко мы сделали ноги от суровых насупленных бровей, от угрюмых мобилизационных попыток.
Правящая партия настаивает, что мы — это медведь. Но медведем Россия становится, только если ее как следует разозлить. Тыкать острием неоднократно, подпаливать шкуру. И тогда мы делаемся страшны в гневе. Как в 1812 году, вздевая "дубину народной войны". Как в 1941-м. Или после года семнадцатого, когда ревели и бросались — на самих себя.
Все прочее время мы, скорее, похожи на ушастых, лопоухих хозяев леса. Сколько раз обманывали нас лисы, когда просились погреться в наших лубяных избушках! Сколько раз медведи разламывали наши теремки! А мы все равно: добродушные, простодушные, радушные — верим обещаниям, не держим зла.
Но каждый, кто встречался с зайцем в живой природе (или с кроликом в неволе), знает: животное это — постоять за себя умеет. У него в арсенале — не только быстрый бег по пересеченной местности, прочь от опасности. Оно и цапнуть может так, что руку прокусит, и мускулистой лапой двинет.
Ободряет, что зайцы, сирень кролики – общепризнанные чемпионы среди животного мира по мужской силе, что вошло в поговорки.
Да, наступает наш, заячий, кроличий год. Тигры, крысы, волы — эти тотемы страшно далеки от народа. Азиатчина.
На кого другого, кроме зайчика, можно равняться в нашей средней полосе? Делать жизнь с кого? Неужто с хитрюги лисы — левые зигзаги, хитрые схемы, блудливая улыбочка? Или с угрюмого хищника-людоеда — волка? Или с бобра — тоскливого вечного труженика-грызуна? Или с того же медведя, который то когтистой лапой машет, то ревет, то мед ворует?
Нет, нет и нет! Кролик, зайка серенький, зайчик-побегайчик, белое ушко, серый хвостик — вот кто подлинный герой нашего времени. Вот чье время сейчас настает.
