Действующие лица:
Он
Она
Действие происходит в доме их общего друга, отмечающего свой день рождения.
Он. Евгений.
Она. Татьяна.
Он. Очень приятно.
Она. Взаимно.
Он. Забавно.
Она. Что именно?
Он. Да всё. Ну вот имена наши, например. Надо же было так совпасть.
Она. Да, бывают в жизни совпадения. Или "странные сближения", как, кажется, где-то у Пушкина сказано. Редко, но бывают.
Он. Как знать, возможно, это не случайность. И вообще, знаете, Татьяна, я не верю в случайности.
Она. Сам по себе тот или иной факт не имеет значения. Всё зависит от последствий, от того, к чему он приводит. Если ни к чему, значит, просто случайное совпадение. А если от него будут какие-то последствия, то, наверное, и впрямь не случайность.
Он. Какая вы, Татьяна, умная. Теория занятная, но, как по мне, не бесспорная – бывает и так, что и случайное событие приводит к каким-то последствиям. В истории таких примеров масса.
Она. Это как посмотреть. Впрочем, может, вы и правы. Поживём – увидим. Вот, скажем, на примере нашего знакомства – приведёт оно к чему-то или нет.
Он. Что поживём – увидим, это я согласен. Как говорили мудрые люди, практика – критерий истины.
Она. А вы, оказывается, тоже умный. Это вам взаимный комплимент, если что.
Он. Мой ум преувеличивать не стоит, он довольно заурядный. Хотя, кроме него, у меня больше в принципе особо ничего и нет. С одной стороны, это грустно. Когда мужчина к тридцати годам не нажил ни квартиры, ни машины, ни жены, ни детей, это, наверное, по определению грустно. С другой стороны, чем меньше поклажа, тем легче идти по дороге жизни. В этом смысле я как тот древнегреческий мудрец. Помните, omnia mea mecum porto. Вот и я так же. Впрочем, должен сознаться, я несколько прибедняюсь. Квартира у меня есть – продал старую бабушкину, чуть добавил и купил новую. Не фонтан, конечно, но сойдёт. Suum quique, как говаривал Цицерон. Каждому своё. Вот машины нет, но она мне и не нужна – водить не хочу и не умею. Касаемо же жены с ребёнком… Тут всё сложно, как говорится.
Она. Понимаю. У меня тоже сложно… Кстати, вы, как я погляжу, владеете латынью. Я тоже её когда-то учила в институте, на юридическом факультете, да многое забылось уже.
Он. Что владею, явная гипербола. Так, в пределах гимназического курса, как Ипполит Матвеевич Воробьянинов знал французский. А можно вам задать нескромный и страшно неприличный вопрос?
Она. Ну попробуйте.
Он. Вы замужем?
Она. Представьте себе, нет. И даже не помолвлена. Мало того, даже молодого человека у меня нет. Удивлены?
Он. Признаться, да, удивлён. Чтобы девушка с вашими умом и красотой была одна, такое редко встретишь. Вы просто уникум, rara avis, простите мою латынь.
Она. Не стоит извиняться. Ну в самом деле, что в этом такого? По-вашему, все умные и красивые девушки должны быть замужем? Я, знаете ли, туда особо не тороплюсь. Как говорится, выйти замуж – не напасть, кабы замужем не пропасть. Да, поклонники у меня были, но всё, знаете, не то. "Разнообразные не те", как у Евтушенко. Не хочется обид и разочарований, вроде тех, что случились с нашими тёзками. "А счастье было так возможно"… Если помните, то в итоге всё у них закончилось весьма печально. А я так не хочу.
Он. Понимаю и всецело уважаю вашу позицию, хотя, возможно, и не вполне разделяю. Не все ведь мужчины такие нехорошие люди, как пушкинский Евгений. Знаете, мне даже немного неловко за своего тёзку. Хочется верить, я всё-таки не такой подлец.
Она. Про вас пока не знаю. Поживём – увидим.
Он. Как я погляжу, это ваша любимая фраза.
Она. Не то что любимая… Просто я давно уже поняла, что преждевременных выводов делать не стоит, и только время расставляет всё по местам. "Большое видится на расстоянье". А Онегин, кстати, вовсе не подлец. Просто сначала он не любил Татьяну и честно ей сказал об этом. В общем-то, это правильно. В любовных делах всегда нужно говорить правду, чтобы не давать ложной надежды. Да, правда иногда бывает жестокой, но, если выбирать из двух зол, то так всё же лучше. И честнее.
Он. Хорошо, возьму на заметку. Обещаю вам всегда говорить правду и только правду.
Она. Очень любезно с вашей стороны. Хотя мужчины редко говорят женщинам правду.
Он. А женщины?
Она. Что женщины?
Он. Мне кажется, простите, что ваш брат в этом смысле гораздо хуже. Мы, если девушка нам не нравится, обычно прямо говорим об этом, как, собственно, сделал тот же Онегин, а вот девушки, как я заметил, любят играть чувствами влюблённых в них мужчин, используя в своих целях и не давая окончательного ответа. Помните "Собаку на сене"? Одна из моих любимых пьес, должен заметить. Так вот, каждая женщина в некотором роде – та самая Диана, графиня де Бельфлор.
Она. Такое чувство, будто в вас говорит личная обида. Горький опыт?
Он. Принимаю ваш саркастический укол, но нет. По счастью, Бог миловал. Но я ведь не первый день живу на свете, повидал всякого. Благо примеров вокруг немало.
Она. При желании под любой тезис можно подвести соответствующие доводы. Ладно, не будем об этом. Может, вы и правы, и я не намерена обелять женщин. Гендерная принадлежность здесь вообще ни при чём. Все хороши – и мужчины, и женщины.
Он. Отчасти соглашусь, хотя хочется ещё напомнить вам Шекспира: "О женщины, вам имя вероломство". Как тут поспоришь с таким авторитетным мнением.
Она. Нет, вы всё-таки тот ещё женоненавистник, как я погляжу. Ну ладно, не будем об этом. В этих дебрях можно далеко зайти. Знаете, при желании я вам могу много чего понарассказать о сволочах-мужчинах. И тоже не из личной практики, а из чужого опыта. Впрочем, как я вам уже сказала, и около меня хватает подобных персонажей. Да даже не в этом дело. Понятно, что идеальных людей не существует. У каждого свои грехи, или skeletons, как говаривала Анна Каренина. Кстати, ещё один, помимо Татьяны, пример трагической любви. Но знаете, скажу вам откровенно: если бы я кого-то по-настоящему полюбила, то пошла бы за ним, невзирая ни на что. Для меня amor suprema lex est, перефразируя известное изречение. А всё остальное вторично. Но пока такой настоящей большой любви на мою долю ещё не выпадало. Как знать, быть может, скоро и мне перепадёт кусочек такого счастья.
Он. Я в этом не сомневаюсь. Уверен, что у вас ещё всё впереди.
Она. Почему вы так уверены?
Он. Предчувствие.
Она. Странно. Мы знакомы с вами всего-ничего, а у меня почему-то такое ощущение, будто мы знакомы уже много-много лет.
Он. А что в том странного? Когда встречаешь близкого и приятного тебе человека, всегда кажется, что знаешь его очень давно. Мне вот тоже так кажется.
Она. И это при том, что мы ведь друг о друге почти ничего не знаем. Кроме имён.
Он. Мне этого достаточно. И ещё того, что я уже о вас понял за время нашего общения. Ну узнаю я, где вы родились, как учились в школе, какой кофе любите на завтрак, и что это изменит? Нет, не спорю, это всё очень важно, и, надеюсь, скоро я всё это узнаю, особенно про завтрак, но в моём отношении к вам это ничего не изменит.
Она. Ну если вам так интересно, то родилась я здесь же, училась хорошо, как вы, наверное, уже заметили, а насчёт завтрака… Omnia suum tempus. Не будем спешить, это никогда к добру не приводит. Всё должно идти своим чередом, а там уже как Бог даст.
Он. Но я могу надеяться? Это всё, что мне нужно.
Она. Вы прямо как граф Вронский. Я не могу вам запретить надеяться, это право каждого. "Никого не обидит тот, кто пользуется своим правом".
Он. Благодарю, вы очень любезны. Если не возражаете, я вам позвоню как-нибудь на днях. Если, конечно, вы дадите мне свой номер телефона.
Она. (достаёт из кармана ручку и блокнот, пишет свой номер и отдаёт ему листочек). Вот, держите. Буду ждать вашего звонка.
Он. Спасибо вам огромное, Татьяна. Это самый ценный подарок, который я когда-либо получал в жизни. Непременно позвоню.
Занавес
