Фото афиши предоставлено Рязанским художественным музеем
В 2026 году Россия отмечает 200-летие
Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина (1826–1889) – одного из самых непростых национальных классиков, грозное саркастическое слово которого по-прежнему бьёт наотмашь по, увы, по-прежнему живучим злу и уродствам нашей жизни. Название выставки "Бессмертный" напоминает об этой вечной битве великого сатирика с тьмой во имя света.
Писателя справедливо считают знатоком провинциальной России. В течение двадцати лет он служил в разных городах, начав с Вятки, куда попал в 1848 году молодым ссыльным литератором и где вскоре стал деятельным чиновником. При Александре II, с 1858 по 1868 год, Салтыков (Щедрин – псевдоним) занимал должности вице-губернатора и управляющего казённой палатой в Рязани, Твери, Пензе, Туле и снова в Рязани. Закономерно, что выставка Рязанского художественного музея оказалась выстроенной вокруг "нестоличных" произведений Салтыкова-Щедрина, посвящённых городским захолустьям и средней руки помещичьим усадьбам. Это "Губернские очерки", "История одного города" и два романа – "Господа Головлёвы" и "Пошехонская старина".
Каждая книга представлена циклом иллюстраций. Самые ранние, современные писателю листы – литографии с рисунков М. Башилова конца 1860-х годов к "Губернским очеркам". Внимательные к социальным характеристикам героев и полные говорящих деталей, они до сих пор остаются лучшей изобразительной трактовкой первой по-настоящему значительной книги Салтыкова-Щедрина. Причина в общей близости художника и писателя традиции "натуральной школы".
Впоследствии стиль Салтыкова-Щедрина далеко уйдёт от объективной описательности в сторону резкого социального гротеска. Пугающе актуальная "История одного города" удивительно точно истолкована в экспрессивных линогравюрах О. Кудряшова рубежа 1950–1960-х годов. За грубой энергией рваных пятен чёрного и белого в композициях "Головотяпы" или "Гражданская казнь" угадана сама интонация сатирика, "гневного, как сам гнев" (воспользуемся выражением Гоголя).
Иного прочтения требуют романы Салтыкова-Щедрина с их психологической глубиной.
Иллюстрации В. Милашевского 1930-х годов, относящиеся к числу крупных достижений отечественной книжной графики своего времени, следуют нарисованным Салтыковым-Щедриным картинам усадебного мира и бытия дворянской семьи. Картины эти лишены тех идиллических черт, за которые мы любим их у Тургенева или Гончарова, они томят и пугают духом запустения, вырождения целого общественного класса. Притом В. Милашевский тактично воздерживается от карикатуры.
Материал выставки организован не с позиции историка или литературоведа, а с позиции глубоко впечатлённого читателя. Отсюда приём свободных ассоциаций, который позволяет прервать череду иллюстраций к "Истории одного города" любительской акварелью со сценой пожара в Рязани XIX века, перекликающейся с описанием пожара в Глупове, или лубками с богатырями-полководцами, напоминающими о градоначальнических "походах против обывателей".
Важным было сказать об идеале Салтыкова-Щедрина, ведь без него сатира писателя теряет смысл. Сегодня не вызывает сомнений религиозное начало его творчества, изначальное влияние евангельских истин на выбор им пути. Выставку завершают гравюра И. Пожалостина "Несение креста" и "Девочка" В. Кантаржи. В серьёзном детском образе угадывается то самое "маленькое русское дитя" из сказки "Пропала совесть", чьё сердце приютило никому не нужную пропажу. Вырастет совесть вместе с ребёнком, и – кто знает! – изменит мир к лучшему.
