***
Ирина Цапина – кандидат социологических наук, живёт в Нижнем Новгороде. Её новую сказку «Мирра и Крысиный король» можно читать как отдельно, так и в связке со сказкой о Лисёнке Яне: романы автономны, хотя в них есть сквозные персонажи и темы. В настоящее время молодая писательница работает над финальной книгой увлекательной фэнтезийной трилогии, которую можно рекомендовать в том числе для семейного чтения. Судя по отзывам читателей, сюжет их заинтриговал. Впрочем, всё по порядку.
***
Ирина, в начале 2026 года в московском издательстве «У Никитских Ворот» при участии «Литературного агентства Натальи Рубановой» вышла ваша новая книжка о необыкновенной Мирре из рода сенмиров и страшном Крысином короле. Параллели с гофманской сказкой неизбежны… Как вы решились на такое постмодернистское название? Или это произошло спонтанно, вы просто не вспомнили о классике, когда писали собственный текст? Или вспомнили намеренно?
Постмодернизм – изначально не мой профиль и намерения создать новую версию «Щелкунчика» у меня, откровенно говоря, не было и в помине. Я писала продолжение романа о Лисёнке Яне, в котором уже был показан «крысиный народ». Крысы – один из кланов рода сенмиров, защитников Земли от злых сущностей из иных миров: незаметные, всепролазные и просто незаменимые, если нужно тайно вести слежку за кем-нибудь. Мои крысы – это не абсолютное зло, как у Гофмана. Изначально все они были людьми, обладавшими чудесным даром, но, как это часто бывает, в момент роковых событий они сделали неверный выбор, примкнули к проклятым призракам, и вступив на путь зла однажды, уже не смогли остановиться и сойти с него.
Жажда власти толкает на множество преступлений, и всегда находится некая объединяющая сила: тот, кто возглавит этот процесс, поведёт за собой. Фигура Крысиного короля должна была появиться как катализатор всех разрушительных процессов, олицетворение всепоглощающей мощи тёмной стороны силы. Книгу я писала примерно год назад и, думаю, несложно догадаться, кто стал прообразом Крысиного короля – властителя Западного континента от Гренландии до мыса Горн.
Обложка из личного архива Ирины Цапиной
Я понимала, что определённых ассоциаций со сказкой Гофмана избежать будет трудно, но всё же здесь скорее можно говорить о совпадении, чем о копировании заголовка. Если бы род сенмиров в первом романе предали не крысы, а, скажем, волки или чайки, книга называлась бы по-другому – «Мирра и Король-оборотень», например, и таких ассоциаций не возникло бы. Людям нравится искать параллели, формировать связи с понятным и изведанным. Они выстраивают ассоциативный ряд, наклеивают ярлык, «каталогизируют» новое. Так устроен человеческий мозг. Лисёнка Яна, например, часто сравнивали с «Маленьким принцем», а когда слышат про Крысиного короля, невольно вспоминают Щелкунчика…
На мой взгляд, связь со сказкой Гофмана прослеживается лишь в названии книги. У моего Крысиного короля нет семи голов, да и в крысу за всю сказку он не превратится ни разу, оставив эту привилегию своей дочери. Но, кто знает, может быть название романа всё-таки сыграет свою роль, и читателю захочется узнать, что же общего у сказки про Мирру и Щелкунчика… Такой вот нестандартный рекламный ход, можно сказать.
А когда пришла идея написать о Лисёнке Яне, что именно вас вдохновило?
Подумать только, а ведь это произошло уже более десяти лет назад! В одну холодную зимнюю ночь маленький рыжий лисёнок с белым кончиком пушистого хвоста вдруг сам пришёл ко мне и остался со мной навсегда. До этого момента я и мысли не допускала, что буду писать детские книги. Не знала и не думала о том, как вообще становятся писателями в современном мире, когда, казалось бы, «все песни спеты» и все истории уже давно рассказаны.
В этом ускорившемся мире так трудно чем-то удивить: события, книги и фильмы… Информация давит, её слишком много. Если раньше был «Человек Разумный», то теперь впору сказать «Человек Пресыщенный». Мы потребляем контент на двойной скорости, истории в интернете валятся на читателя, как перезрелые яблоки, если посильнее тряхнуть дерево, и, кажется, что всё уже было давно придумано до нас. О чём ещё писать?
По образованию я социолог, по профессии журналист, и становиться писателем я точно не планировала. Мне всегда казалось, что быть писателем – это титанический труд, это работа, которой ты посвящаешь всего себя. Должен быть чёткий распорядок дня, а может быть, даже нормативы – сколько страниц в день должно быть написано, и, разумеется, я не желала для себя такой судьбы.
Всё произошло случайно. Я уложила спать годовалую дочку, села к окну, а там… ну просто зимняя сказка. Горели фонари, падал снег – это было похоже на медитацию. Я взяла ручку, бумагу и стала писать. Мысли лились, как поток: «Снег толстым ватным одеялом укутывал Сноутон, приглушая любые звуки и навевая на полночный город глубокий сон. Он медленно и тихо ложился на землю крупными хлопьями, заслоняя и свет фонарей, и тьму опустевших улиц. Белые птицы-снежинки падали в полном безмолвии, кружились в причудливом танце, казалось, снег изо всех сил старается укрыть город до самых крыш, убаюкать его навеки. За почти непроглядной снежной пеленой едва различимо поблёскивал старинный витой фонарь. В кругу тусклого света на снегу, поджав мягкие лапки, сидел маленький рыжий лисёнок…».
В ту же ночь я отправила моего лисёнка в его первый дозор по Мёртвому городу, где он встретил четырёх проклятых призраков… Четыреста лет они томились в заточении в мире теней и теперь были полны решимости отомстить человечеству за свою судьбу... Это были лишь этюды, наброски, которые пролежали потом в столе не один год. Но вот дочка подросла, и мне захотелось сделать для неё что-нибудь особенное: написать сказку, которую она сама стала бы читать с удовольствием и интересом.
И вот тут уже началась настоящая работа над книгой. За год она была дописана, ещё через год – издана. И с тех пор всё пишу-пишу… и уже, наверное, не смогу остановиться.
Итак, Ян Енсен из вашей первой книги «Лисёнок Ян и Кристалл Судьбы» – самый обычный 12-летний мальчишка, живущий в городе Сноутон. Однажды Ян обнаруживает у себя невероятную способность: оказывается, он может превращаться в настоящую лису! Да, его семья – сенмиры: космические посланцы, призванные защищать планету от злобных сущностей из других измерений… Во второй книге «Мирра и Крысиный Король» Ян – уже отец главной героини, бесстрашной юной Мирры, отчаянно борющейся с несправедливостью. А что ждёт читателя в финале вашей трилогии? Можно даже и так поставить вопрос: станет ли Лисёнок Ян дедушкой? Как сложится дальнейшая судьба Мирры и кто в итоге будет властвовать над Землёй? Хочется надеяться на хеппи-энд – должен же он быть хотя бы в сказках!
Обложка из личного архива Ирины Цапиной
Ну… судя по тому, что Мирра в финале книги всё-таки выбирает любовь, а не бессмертие, дедушкой Ян обязательно когда-нибудь станет, но я не уверена, что моя новая книга будет об этом. У моих книг, как говорят читатели, есть один недостаток – они получаются слишком уж законченными. Написать продолжение, чтобы была связь с предыдущей историей, – задачка со звёздочкой. Но в любом сюжете можно найти многоточие и развить его в новую историю. После изгнания Крысиного короля в Мир теней на Земле у него осталась дочь – Ангелина. В душе девочки идёт непрерывная борьба, ведь она ещё слишком мала, чтобы суметь справиться с теми эмоциями, которые овладевают ею. Ей хорошо в новой семье, её любят, делают всё, чтобы она ни в чём не нуждалась, но как может она радоваться жизни, когда её отец приговорён к вечности в мире теней? Чувство вины иссушает её душу, и она не может позволить себе жить полной жизнью, радоваться и улыбаться. Ангелина ищет путь исполнить свой дочерний долг: вернуть отца в мир людей. Будет нелегко… Ей предстоит непростой моральный выбор… Но одно я знаю точно: у книги будет счастливый конец. Это я вам обещаю.
В вашей истории описано немало технических новшеств из далёкого будущего, связанных в том числе и с системой искусственного интеллекта, оказавшегося в руках жестоких сенмиров-крыс. Уже в первой главе вы описываете комнату героини в том числе так: «Тяжёлый дубовый стол в углу был завален грудой хитроумных приборов…». Что это за приборы и как они упрощают или усложняют жизнь их обладателей? К примеру, Мирра изобрела мемристор: живой нейронный носитель наподобие флэшки, который можно подсоединять к мозгу. С помощью мемристора можно вживлять искусственный интеллект животным, можно переписывать сознание живого человека на новые носители… Вы обращались к современным разработкам учёных?
Моя дочка учится в физико-математическом лицее, и чтобы заинтересовать её наукой, в каждой своей книге я старалась подвести научное основание под любое волшебство. В «Лисёнке Яне» это были астрономия и история. Во времена Ивана Грозного в небе зажглась сверхновая звезда – Звезда Кеплера. Это событие перевернуло ход человеческой истории… У Мирры это социология и физика. Мемристоры – это будущее, которое уже сейчас стоит на пороге нашей цивилизации. Как появление интернета изменило нашу жизнь, так её изменят и мемристоры – до неузнаваемости. Учёные всего мира работают над этим. Уже сейчас идут разработки, в том числе в моём родном университете имени Лобачевского в Нижнем Новгороде. Два года назад я брала интервью у наших специалистов – тогда технология только начинала развиваться. Всего год спустя нижегородские учёные уже создали нейропротез для больных эпилепсией, который отвечал на нейросигналы как часть живой системы, а совсем недавно, буквально перед новым годом, с космодрома «Восточный» запустили ракету, которая доставила на орбиту 52 спутника, в том числе и спутник от университета – «Лобачевский», который прямо сейчас тестирует эти самые мемристоры в космосе. У технологии большие перспективы.
Мирре семнадцать лет по земным меркам – они же 170 по меркам её планеты, на которой царит бессмертие. Тем не менее юная особа покидает любящих Яна с Алисой и устремляется из уютных родных стен на далёкую Землю, где все смертны, для решения особо важных задач. Что движет героиней в первую очередь? Только ли чувство одиночества, которое она испытывает на Эльдорадо, где вообще нет проблем?
Любой подросток – это бунтарь. Даже если для него созданы идеальные условия, он всё равно должен сделать всё сам – искать свой путь, набивать шишки, спотыкаться, падать, вставать и снова идти. Иными словами, полностью разрушить привычный мир, а затем построить свой личный новый мир, чтобы стать кем-то, и прежде всего в своих собственных глазах.
Родители Мирры Ян и Алиса бессмертны, но так было не всегда, они заслужили свой дар. И Мирре, чтобы быть достойной великого дара, нужно пройти немало испытаний и с честью выполнить свою миссию. Но отнюдь не жажда бессмертия или славы заставляет её пуститься в опасную авантюру. Она идёт на это не потому, что хочет чего-то конкретного и у неё есть план, как это получить. Нет. Она просто не может иначе. Ей стало тесно в этих идеальных условиях. Она ищет себя. Проверить себя на прочность, узнать, чего она, Мирра, стоит – вот её самое заветное желание. Внутренний рост, потребность испытать себя, понять на что ты способен – вот главная мотивация. И именно её отец скажет ей: «Иди туда, где трудно, выбирай то, чего боишься! В твоём самом большом страхе – твоя самая большая сила!».
Да, Мирра мечтает попасть на Землю, в Москву, откуда 200 лет назад и прилетели её родители-сенмиры. И вот что она говорит им: «Я понимаю, что бросаю вас, но моё место не здесь. Я больше не могу жить на этой планете совершенно одна! Я всё продумала. Да, прошло уже много лет, но наверняка у нас ещё есть кто-то на Земле, кто мог бы на время приютить меня, пока я не найду, чем там можно заниматься. Я понимаю, что взрослая самостоятельная жизнь — это непросто. Но я не могу больше. Я задыхаюсь здесь. И пусть мне будет сложно, это будут мои и только мои сложности. Я к ним готова». Ян и Алиса благосклонно отпускают Мирру, даже не представляя, какой ад предстоит пройти их девочке, чтобы выжить… Правы ли они? Полезны ли столь радикальные разрешения, если обратиться к психологии вопроса? С другой стороны, не отпусти они Мирру на грешную Землю, не было бы никакой сказки – о чём писать, если полный штиль, не так ли?
Если мы что-то разрешаем нашим детям, то мы точно знаем, каковы могут быть последствия. Не стоит забывать, что Ян – Хранитель Кристалла судьбы, а значит, он может оценить ситуацию даже до того, как будет сделан выбор, и события начнут развиваться в ту или иную сторону. Так что родители Мирры всё-таки всё знали с самого начала. И тут встаёт другой вопрос: знали и всё равно отпустили? Как так? Ведь даже понимая, какие трудности предстоит пройти их дочери, они всё равно благословляют её? Да. Это был осознанный шаг. Почему? Потому что любовь – это не про то, что ты стараешься везде «подстелить соломку» и уберечь ребёнка от всего и вся. Настоящая любовь – это помочь ему быть собой, расти, взрослеть, получать свой собственный жизненный опыт. Когда ты чрезмерно опекаешь детей – ты жалеешь их, бережёшь, но жалость – это не про любовь. Любовь – это поддержка и… умение отпускать. В конце концов, нельзя прожить жизнь за своих детей. Они должны сами научиться быть сильными, выбрать свой путь и одержать свою победу. Сами. Так что родители Мирры всё сделали правильно. И я надеюсь, что смогу в нужный момент также отойти в сторону и позволю моей дочери жить своей жизнью, хотя волноваться за неё всё равно, конечно, буду.
Кто первый читатель ваших книг и как этот читатель их оценивает? Возможно, этот «первый читатель» – ваша дочь?
Так и есть. Именно для дочки я писала мои книги, и герои этих историй росли вместе с ней. Лисёнку Яну было 12 лет, Мирре 17. В какой-то мере это книги на вырост, чтобы заранее заложить между строк всю «мамину мудрость», которая накапливается где-то в подсознании и в нужный момент станет тем маяком, который поможет выбрать правильное направление в жизни.
Пока ей всё очень нравится, читает с большим удовольствием. И ещё: я уверена, что в каждом возрасте она будет находить в книгах что-то новое, что-то, что откликнется в нужный момент и поможет увереннее идти по жизни. Малыши смеются в голос, когда им читают приключения Лисёнка Яна, а взрослые говорят, что это совсем не детская книга... Так что мои книги останутся с моей дочкой надолго. Кстати, она уже сама начала сочинять интересные истории, и у неё отлично это получается. Мне ой как далеко до её фантазии!
Обложки «Лисёнка Яна» и «Мирры» привлекают внимание. Будем надеяться, ваша третья книга не за горами, и вы порадуете читателей своими фирменными историями не раз. Есть ли ещё планы, кроме трилогии, пишете ли что-то параллельно?
Уже написана и ищет своего издателя сказка для самых маленьких – «Вересковая девочка» (6+). Это классика жанра – волшебная сказка в русском стиле, без какого бы то ни было научного подхода, зато с кучей лайфхаков, например, как сварить самое вкусное клубничное варенье, или что делать, если вдруг встретишь Хозяина леса – Лешего... Там есть всё: и Лихо одноглазое, и Болотная ведьма, и ворон Карнаух, и спятившая сова Пятунья, которая окажется заколдованным принцем… Над Долиной сказок тяготеет странное проклятие – все её жители забывают, кто они, куда идут и что делают, если не пьют специальную воду памяти из волшебного ручья. Наложила это заклятье на свою страну сама королева волшебной Долины. Она потеряла возлюбленного накануне свадьбы и так хотела забыть об этом, что заколдовала всех вокруг, а коварный, хитрый и подлый королевский советник Змееуст, воспользовавшись ситуацией, постепенно прибрал к своим рукам всё королевство. На шпиле своей чёрной башни он поставил собственный глаз, чтобы зорко следить за каждым жителем Долины, и только маленькая девочка, Варя Солнцева, чудом попавшая в волшебную страну, сможет распутать этот сказочный клубок.
А что бы вы посоветовали начинающим сказочникам? Вообще, кто такой сказочник, на ваш взгляд? Точнее, сказочница.
Любой Путь начинается с первого шага. Самое главное – не бояться пробовать. Брать и делать, несмотря ни на какие условности, мнения, критику… Когда я была маленькая, мы часто ходили с бабушкой в лес за грибами. Я всегда торопилась, а бабушка говорила: «Твой гриб тебя всегда дождётся!». Так и было. И теперь я точно знаю: если ты с любовью и азартом что-то делаешь, то у тебя обязательно всё получится. Твой читатель всегда тебя найдёт. Кстати, бабушка – одна из моих самых преданных поклонников. Ей уже 90 лет, но она с удовольствием читает все мои книги.
Что касается сказки, тут самое главное – понять, что нет никаких ограничений, и ты сам вправе решать, будет ли твоя Баба Яга летать на ступе или на помеле, а может быть, на кочерге или на тройке гусей-лебедей… Или, может быть, у неё вовсе будет пропеллер, как у Карлсона. На что похож домовой? А печка сама едет или её надо заправлять дизельным топливом? А может она работать на алмазной пыли или на клубничном сиропе? Ты автор – то есть творец. Ты создаёшь свой собственный фантастический мир, который будет жить только по твоим законам. Хочешь превратить героя в лису? Пожалуйста! Проклятые призраки прорвались из мира теней? Пусть так. Летать в космосе без скафандра? И это возможно! Нет никаких ограничений, все тормоза только в твоей голове, ну ещё, конечно, в рамках здравого смысла, морали и уголовного кодекса.
Сказочник – это взрослый человек с душой ребёнка. Он живёт в своих мечтах, фантазиях, которым нет ни конца, ни края. Ну и, конечно, он умеет рассказывать. Тихо, чтобы не спугнуть свою сказку. Вдохновение любит тишину. Сказка – это способ замедлиться, вырваться из бесконечной суеты жизни, прочувствовать твёрдую почву под ногами, обрести равновесие, уверенность, мир и гармонию.
Многие авторы мечтают об экранизациях, хотя далеко не каждая остросюжетная книга пригодна для того, чтобы стать сценарием и в итоге превратиться в фильм. «Лисёнок Ян и Кристалл Судьбы» и «Мирра и Крысиный Король» Ирины Цапиной на удивление киногеничны. Что ж, остаётся лишь пожелать вам найти продюсера, который поможет вашим героям ожить на большом экране. А зрители… Зрители точно будут.
Мне многие говорили, что когда читаешь мои книги, есть ощущение, будто смотришь фильм. Я и писала-то их, просто фиксируя на бумаге картинки, мелькавшие в голове с огромной скоростью. По сути, я была свидетелем происходящих событий. Может быть, именно поэтому книги получились такими проективными, не знаю, как ещё сказать.
Современные технологии действительно могли бы оживить и «Лисёнка Яна», и «Мирру». Хочется верить, что отечественному кинематографу вскоре надоест уступать пальму первенства западным историям про школы чародейства и волшебства, и наши режиссёры и продюсеры захотят попробовать найти что-то своё. Не безопасные с коммерческой точки зрения постмодернистские версии классических сюжетов про Буратино или Чебурашку, а что-то новое, настоящее, что вдохновит современных детей на изучение наук, поиск себя, на стремление «к мудрому, доброму, вечному», как бы пафосно это сейчас ни звучало.
