Так оно и вышло. Единственное, в чем ошибся — так это в самой песне. Я предполагал, что это должна быть "Моя оборона" – ибо все происходящее на сцене доказывало: "Пластмассовый мир — победил. Макет оказался сильней".
Обычная женщина, пенсионерка 79 лет, приходит в МФЦ, чтобы выяснить, почему ей не начисляется пенсия. Бабушку встречают улыбчивые люди, которые ведут себя с ней подчеркнуто вежливо, но как только она отвернётся, начинают корчить рожи. Да и безэтого было понятно, что на эту тетку им глубоко наплевать, она им глубоко противна, она для них не человек — а строчка в планшете.
А затем выясняется, что женщина уже два месяца как считается умершей. И начинаются бесконечные хождения пенсионерки по моргам, судам и так далее, с попыткой достучаться до безжалостной бюрократической машины: "Эй, я живая! Вот я! Я крановщицей 45 лет отработала".
Но это абсолютно бесполезно. Строчка в планшете куда важнее живого человека. И это действительно страшно.
Мы видим различных сотрудников организаций — от МФЦ до морга и полиции. Эти люди пытаются демонстрировать, что они тут власть, но они сами напуганы. Их пугает не пенсионерка, их пугает, что они тоже могут стать жертвами этой безжалостной цифровой системы.
И, наконец, разгадка — женщина была признана умершей, потому что она старая и больше не в состоянии приносить пользу обществу и государству. Поэтому такой финал. Не умерла раньше естественным путем — значит, умрешь путем бюрократическим.
Женщина пытается доказать, что польза есть, приводит аргументы, их принимают и сообщают: ждите, когда ваше заявление будет рассмотрено. Ждите тридцать дней. По месту прописки — а оно у вас на кладбище.
И там, в стеклянном гробу, в окружении непонятных фигур — таких же, как и главная героиня — и звучит песня Летова.
Но другая – "Всё как у людей".
И это добавляет еще большего трагизма спектаклю. "Моя оборона" все-таки несет в себе некоторую долю оптимизма. "Всё как у людей" – смирение. И это смирение окончательно погружает зрителя в минор.
Но осознание полного ужаса приходит уже после спектакля.
Изначально может показаться, что это постановка о том, как у нас тут все плохо: человек ничто, государство все. Но затем осознаешь, что это проблема не только наша. Да, герои – россияне, но это проблема абсолютно всемирная и глобальная. Нечто подобное могло случиться и в Европе, и в Америке, не говоря уже о Китае.
Это противостояние маленького человека и системы. При том, что человек не сделал этой системе решительно ничего плохого. Он всю жизнь на систему работал верой и правдой, но так получилось, что конкретно здесь и сейчас он не нужен. И эта тенденция мирового масштаба.
Значительно усиливает драматизм и то, что главную роль Бабы Раи исполняет Вера Харыбина — мать режиссера Саши Золотовицкого.
То, что режиссер по-настоящему любит и мать, и героиню, понятно сразу, но в этом есть и некий акт жертвоприношения.
Саша Золотовицкий хороший режиссер — с ним согласятся работать многие, но он для этой трагической роли выбрал именно собственную мать.
Мощно!
И получился действительно великолепный образ, трогательность, нежность.
И параллельно с этим безжалостность со стороны системы. Остальные герои, Владислава Сухорукова и Давид Сократян, так и названы в программке: Система.
Неважно, кого они играют — воплощают разные образы с разным темпераментом (кто-то улыбается, кто-то хамит, кто-то бухает). Но все они система. И в их образах нет решительно ничего человеческого. Страшно.
Это очень сильный спектакль, который, наверное, надо смотреть именно молодым. Мы, кому за 50, знаем, что такое система, они — нет.
Поэтому лучше брать уроки реальности в "Пространстве Внутри" а не в настоящем мире.
До встречи!
