На встрече режиссер представил премьерный показ документального фильма «Никита» в честь 80-летия Никиты Сергеевича Михалкова.
А ранее студенты уже посмотрели документальный фильм об Андрее Тарковском «Боже! Чувствую приближение твое», который Дмитрий Чернецов снял совместно с Николаем Бурляевым.
Вопросы студенты на встрече задавали прямые, иногда наивные, но очень актуальные. И разговор быстро вышел за рамки фильма. Он получился о профессии, о природе документального кино, о сопротивлении материала и о той самой «энергии свыше», которая иногда вмешивается в монтаж.
По поводу документально кино Чернецов сразу обозначил свою позицию: в авторском документальном кино полноценного сценария не существует.
«Есть замысел. Есть структура, – высказал свое мнение Дмитрий Николаевич, - есть понимание, о чём ты хочешь сказать. Но когда ты начинаешь снимать, общаться с героем, жизнь может развернуть всё в другую сторону. Для продюсерского или телевизионного кино это проблема: там всё утверждено заранее. Но авторское кино живёт иначе — оно подчиняется реальности. И если режиссёр готов слушать эту реальность человека, который является центром картины, фильм становится живым. Искусство начинается там, где возникает слом. Где что-то чуть-чуть «не так». Неправильная склейка. Неровное движение камеры. Лёгкая «корявость». Когда всё слишком причёсано — душа не включается.
Четыре месяца в одном «окопе»
Чернецов вспоминал как начинал работать с режиссером Михалковым, который впоследствии стал героем его документальной ленты «Никита». Это произошло ещё в 2007 году — во время съёмок масштабной картины в Нижегородской области и Таганроге – «Утомленные солнцем 2: Предстояние».
Четыре месяца, проведённые рядом с режиссёром, документалист назвал «сидением в одном окопе», что было буквально в прямом смысле. «Утомленные солнцем - 2" - военная картина, где демонстрируется ужас войны.
«Это дало понимание, кто он как человек, - размышлял документалист, - без этого невозможно было бы делать фильм-портрет».
Кинолента «Никита» строилась в основном на архивах. Объём материала — колоссальный. Только репетиций спектакля под названием «12» Чернецов отсмотрел около двухсот часов, чтобы в итоге выбрать полторы минуты: «Иначе ты пропустишь главное слово. Главное движение. Главное дыхание».
Интервью, которое случилось в последний момент.
Интервью с Михалковым состоялось буквально перед дедлайном сдачи картины в Министерство культуры. Сроки были жёсткими, перенос невозможен. Фильм необходимо было сдавать второго февраля. Шестнадцатого февраля Никита Сергеевич только дал согласие на интервью.
Двухчасовой разговор оказался одним из самых откровенных. Особенно — история о том, как Михалков замерзал на Севере во время экспедиции.
Чернецов рассказал, как искал архивные иллюстрации и случайно обнаружил оцифрованную в 4K хронику Дальневосточной студии телевидения, где юный Никита действительно идёт в ту самую экспедицию. Плёнка существовала в единственном экземпляре и ранее никому не выдавалась.
«Её не было. И вдруг она появилась, - смеется документалист, — это было настоящим подарком.
Почему он не снимает?
Студенты задают главный вопрос: почему Михалков, оставаясь мощной творческой фигурой, сейчас не снимает кино? Чернецов осторожен: «У меня нет ощущения, что он исчерпан. Абсолютно нет. Он очень серьёзно относится к замыслу. Возможно, готовится. Сейчас он полностью в театре и Академии. Это выбор Никиты Сергеевича.
Телевидение и авторство
Чернецов честно говорит о своём опыте телевидения: «Это другой мир. Там другие законы».
Он не осуждает тех, кто идёт в эфир. Но подчёркивает разницу между продюсерской системой и авторским поиском: «Ребята-студенты будут работать и там, и там. Нужно уметь пристраиваться. Но если хотите настоящего кино — ищите момент, когда что-то ломается внутри формы. Главное — тронуть душу»
Подражать Тарковскому — опасно
Отдельный разговор — фильм о Тарковском «Боже! Чувствую приближения твоё...». Задача была почти невозможной: прикоснуться к стилистике режиссёра, не превратив работу в подражание. Документалист вспоминает:
«Нас сразу предупреждали: кто будет снимать «под Тарковского», к тому будем относиться иронично. Тем не менее, авторы сознательно работали в поле его образности — бесшовность монтажа, ощущение потока, стихии воды, огня, ветра, образ зеркала. Именно сцена подводного мира стала ключевой.
Студентов интересовало: «Как создавался «подводный мир»?
Зритель видит мальчика, ныряющего в воду, — и попадает в затопленный мир детства: церковь, дом, память. Кадры кажутся мистическими, почти невозможными.
На практике это: полностью задрапированный чёрным бассейн; специально отобранный ребёнок-пловец; светодиодные маркеры для 3D-трекинга; кропотливая ручная работа графиков; сложнейший монтаж бесшовного потока. — Под водой почти невозможно держать камеру. Но техническая сложность — лишь половина истории.
После премьеры фильму дали оценку родственники Тарковского. И тут случилось почти мистическое совпадение. Марина Тарковская сказала авторам: «Вы сделали сцену, которую Андрей не стал снимать в «Зеркале».
Позже, открыв ранний сценарий фильма Тарковского, Чернецов прочитал: мальчик идёт по берегу затопленного водохранилища, ныряет, видит свой дом, всплывает. Авторы фильма воспроизвели сцену почти дословно — не читая оригинальный сценарий Андрея Арсеньевича. — Когда ты погружаешься по-настоящему, какая-то сила начинает тебя вести.
В финале разговор возвращается к сути профессии.
«Сейчас снимают очень красивое документальное кино, - поделился откровением документалист, - Как художественное. Но оно не трогает. Герой говорит правильные слова — а зритель не чувствует. Искусство начинается в тот момент, когда удаётся «вытащить эмоцию». Не идеальность формы. Не техническое совершенство. А момент внутреннего движения. Энергия, которую нельзя спланировать».
В разговоре Чернецов несколько раз возвращается к мысли о «энергии свыше». Это не мистицизм, а ощущение, знакомое многим художникам: когда работа начинает складываться так, словно ты уже не один её делаешь.
«Когда вы это почувствуете, вы поймёте, что делаете серьёзную вещь.
Пожалуй, главный вывод этой встречи звучит просто: Сценарий можно написать. Архив можно найти. Технику можно арендовать. Но кино случается только тогда, когда ты готов позволить ему вести тебя.
