Георгий Свиридов. Фото: Юрий Белинский / ТАСС
Свиридов говорил о себе:
"Меня спрашивают: какой я? Я такой, как есть — русский человек. И этим горжусь". Он родился недалеко от Курска (в городке Фатеж), заниматься музыкой начал самоучкой — пел в церковном хоре, сам освоил игру на балалайке. На вступительных экзаменах в музыкальную школу сыграл марш собственного сочинения. Потом были напряжённые годы учебы, и прежде всего у великого
Дмитрия Шостаковича.
С самого начала музыка Свиридова была связана с поэзией. Он клал на музыку стихи, отдавая должное всемирной поэзии (Шекспир, Беранже, Бёрнс и другие), но прежде всего русской. Причем самой разной — от Лермонтова, Некрасова и Тютчева до Маяковского и даже Хлебникова, и дальше, к современным поэтам (в этом списке Есенин, Блок, Пастернак, Сологуб, Твардовский,
Кайсын Кулиев и многие другие). Через авторскую поэзию и воспоминания детства Свиридов "вышел на связь" с многовековым фольклорным пластом.
Созданный своим учеником цикл для хора и симфонического оркестра "Курские песни" на народные мотивы Дмитрий Шостакович охарактеризовал так:
"У Свиридова мало нот, но много музыки". Это вполне относится к творчеству Георгия Васильевича в целом.
Д. Шостакович и Г. Свиридов, 1940 г. Фото: Московская областная филармония / "РГ"
Конечно, Свиридов почитал Александра Пушкина. Помимо гениальных, иначе не скажешь, "Музыкальных иллюстраций к повести А. С. Пушкина "Метель" (1973) были написаны хоры на стихотворения "солнца русской поэзии". Я специально переслушал некоторые из них, готовя этот материал — производят сильнейшее впечатление!
Особенно вот это — "Зорю бьют":
Зорю бьют… из рук моих
Ветхий Данте выпадает,
На устах начатый стих
Недочитанный затих –
Дух далече улетает...
Особенно меня трогает исполнение Александра Ведерникова. Очень советую послушать!
"Стремление к внутренней гармонии, сознание высокого предназначения человека — вот что сейчас особенно звучит для меня в Пушкине", — говорил Свиридов. В его музыке это ощущается отчетливо.
В 2002 году вышла посмертная книга Георгия Свиридова — собрание его дневников и заметок "Музыка как судьба". Она вызвала большой резонанс. Конечно, о музыке в сочинении говорилось много, но еще больше — о нелегкой судьбе России и угрозах для русской культуры.
Валентин Распутин так отозвался о книге: "Свиридов как мыслитель, наблюдатель, человек огромной культуры, не только русской, но и мировой, “расшифровал” для нас так много в искусстве, жизни, в известных личностях, событиях прошедших и текущих, даже в Родине нашей, которую, оказалось, мы знаем мало; так точно сказал он о красоте и таланте, о чистом и святом в художнике и вокруг него и так решительно отделил талант от соблазна".
Как остро он реагировал на происходящее в эпоху перестройки! "Мы переживаем эпоху третьей мировой войны, которая уже почти заканчивается и прошла на наших глазах. Страна уничтожена, разгрызена на части… Остатки бывшей России будут управляться со стороны — людьми, хорошо нам известными. Русский народ перестает существовать как целое, как нация…". К счастью, до этого все-таки не дошло. В том числе и потому, что свиридовскую тревогу понимали и разделяли многие.
А вот несколько мыслей и высказываний Георгия Свиридова разных лет:
"Ложь вошла в сознание людей как правда. Вот в чём ужас!"
"Понятие Родины — очень объемно, оно — всеобъемлюще, грандиозно. Оно включает не только всё, чем ты живёшь, но и самый воздух, которым человек дышит, его прошлое, нынешнее и грядущее, где суждено жить и нам (как и людям прошедших поколений) своими потомками, своими делами, хорошими и дурными".
"Русская культура всечеловечна, обращена ко всем людям земли, выполняя самую насущную свою задачу — питать душу своего народа, возвышая эту душу, охраняя её от растления, от всего низменного".
Фото: Надежда Шавенкова / rasfokus.ru
Да, не зря на памятнике, установленном в Курске в 2005 году, к 90-летию со дня рождения Свиридова, высечены слова композитора: "Воспеть Русь, где Господь дал и велел мне жить, радоваться и мучиться".
"Искусство, в котором присутствует Бог как внутренне пережитая идея, будет бессмертным", — сказал однажды Георгий Свиридов. Его искусство было именно таким.
