Легенды Крымской войны XIX века. Победа в пораженьи

Крымская война 1853-1856 годов не принесла России победу. Хотя нельзя назвать те события и полным поражением. Пусть противникам Российской империи удалось предотвратить ее усиление на Балканах и на пятнадцать лет лишить русских Черноморского флота, но мощь страны это не подорвало. Скорее все получилось в духе старинной мудрости: за одного битого двух небитых дают. Проанализировав неудачи Николая Первого и поняв их причины, его сын Александр Второй начал реформы, по праву получившие среди историков название великих. Вместе с тем подвиги участников Крымской войны ничуть не принижались и не замалчивались, а заняли достойное место в летописи славы народа – как на уровне исторических свидетельств, так и в легендах.

Широко известен Памятник затопленным кораблям, установленный в 1905-м к пятидесятилетию Первой обороны Севастополя во время Крымской войны и ставший архитектурным символом города. Тогда, в 1854-1855 годах, русским морякам пришлось затопить свои парусные корабли, чтобы, как писал адмирал Павел Степанович Нахимов, «заградить вход неприятельским судам на рейд и тем самым спасти Севастополь».

В сентябре 1854-го было затоплено семь кораблей, включая фрегаты «Сизополь» и «Флора». Но осенние и зимние штормы постепенно разрушали эту хрупкую преграду, в ноябре-декабре пришлось затопить еще три судна. В феврале 1855 года появилась вторая линия мачт, выступающих из воды: защитники города затопили еще шесть своих кораблей. А в конце августа 1855-го, когда противник овладел ключевой высотой – Малаховым курганом, гарнизон Севастополя оставил укрепления южной стороны города и по понтонному мосту перешел на северную. Вместе с этим пришлось затопить и последние суда Черноморского флота. Из воды виднелись лишь верхушки их мачт. Севастопольская бухта оказалась недоступной для англо-французского флота.

Реальная история стала легендой, рассказывающей о событиях без искажения фактов, но обращаясь прежде всего к вечным человеческим ценностям.

После окружения Севастополя моряки получили приказ затопить свои корабли, дабы преградить путь противнику. Каково было слышать это тем, для кого их суда были настоящим домом? Приказ есть приказ: скрепя сердце отважные мореплаватели сделали то, что от них требовалось. А потом продолжили сражаться за город на суше.

Бились с врагом они ничуть не менее отчаянно, чем пехотинцы. Погибали, конечно, и те, и другие. Люди стали замечать, что сраженные неприятелем солдаты оставались лежать на земле, а матросы куда-то исчезали. Потом кто-то углядел: мертвые моряки уходили к своим потопленным кораблям, чтобы под водой по-братски взяться за руки и встать стеной, не пропуская захватчиков к Севастополю.

Читатель скажет, что это лишь красивая выдумка, но ведь в легендах допустимо многое, в том числе преувеличения и поэтизация. Главное же было в том, что гибель товарищей подстегивала моряков не бежать в страхе, а держаться еще более смело, сражаясь не только за себя, но и за тех, кто уже отдал свои жизни за Севастополь.

Абсолютно реальным историческим персонажем был и матрос Кошка, о котором до сих пор слагают легенды. Начнем с документально зафиксированной биографии этого простого и одновременно выдающегося человека.

Родился Петр Маркович Кошка 10 января 1828-го в семье крепостных в селе Ометинцы Подольской губернии (ныне это место находится в Винницкой области Украины). В двадцать один год от роду его рекрутировали и отправили на флот. Через четыре года, в 1853-м, Петр Маркович участвовал в Синопском сражении, когда наш Черноморский флот под командованием Нахимова разгромил турецкую эскадру. А уже в следующем году Кошка стал героем Севастопольской обороны.

Он восемнадцать раз добровольно вызывался в разведывательные походы на территорию, занятую неприятелем. Бывало и так, что действовал в одиночку. В ходе одной из подобных вылазок Петр Маркович, имея при себе только нож, взял в плен троих французских солдат. Во время другой вылазки наткнулся на закопанное по пояс глумившимися врагами тело русского сапера, отрыл его и вынес под огнем противника. В тело убитого товарища, которое Кошка нес на спине, попало пять свежих пуль. Но покойный словно старался сохранить героя, вынесшего его с поля боя, чтобы по-христиански похоронить, – на самом Кошке не осталось ни царапины.

Также доподлинно известно, что лихой Петр Маркович однажды утащил прямо из кипящего котла в лагере французов вареную говяжью ногу, а как-то раз средь бела дня даже увел вражеского коня. Документальных подтверждений самой известной легенды о матросе Кошке, которую изложу далее, я не нашел, но даже если она придумана, то вполне достоверно передает характер этого уникального человека.

Рассказывают, будто во время обороны Севастополя под ноги адмирала Владимира Алексеевича Корнилова упала бомба, а находившийся рядом Петр Кошка схватил ее и бросил в котел с кашей. Там у бомбы погас фитиль – взрыва не случилось. Адмирал горячо благодарил своего спасителя, а тот ответил: «Доброе слово и Кошке приятно».

Севастопольские экскурсоводы зачастую настаивают, будто сама эта пословица пошла от сказанного Петром Марковичем. Мне лично кажется, что она существовала еще во времена первых Романовых, но если подобный случай все-таки имел место в действительности, матрос Кошка блестяще обыграл крылатую фразу.

Отчаянная смелость редко обходится без последствий. В одной из январских вылазок 1855-го Петр Маркович был ранен штыком в живот. Его обследовал сам Николай Иванович Пирогов, основоположник русской военно-полевой хирургии, не побоявшийся находиться и работать рядом с защитниками Севастополя. Он констатировал, что штык не задел внутренних органов. Кошка быстро поправился, а в августе того же года получил легкое ранение в руку. Но в целом судьба, конечно, хранила славного матроса Кошку.

Рассказ о его ранениях вошел в одну из крымских легенд, далекую от исторически подтвержденных фактов, но верно отражающую образ героя и внутреннюю силу русских моряков, отстаивавших Севастополь.

Предание гласит, что однажды враги поймали матроса Кошку, допрашивали его, пытали, но тот ничего не выдал. И тогда его решили расстрелять. Матрос улыбался открытой русской улыбкой и сказал, что моряка нельзя губить на берегу. Попросил поставить его на край высокого обрыва, под которым шумит море, чтобы волны приняли тело казненного. Не чуждый понятий чести, офицер-противник согласился и сказал, что так тому и быть.

Сраженный пулями, упал матрос Кошка с обрыва. Море бережно подхватило его, соленые волны омыли отверстия от пуль, очистив их от пороха и гноя, а после вынесли героя к защитникам Севастополя. Те увидели, что смертельных ран у Кошки нет, перевязали его – и вскоре матрос вновь оказался в рядах боевых товарищей.

Впрочем, и подлинные события дальнейшей биографии Петра Марковича не менее интересны и достойны, чем рассказанное в легенде. Уже в ноябре 1854-го матрос Кошка стал одним из первых среди защитников города, кого удостоили Георгиевского креста (до 1913-го эта награда официально именовалась Знаком отличия Военного ордена). А после окончания Крымской войны Петр Маркович смог отправиться домой, так как месяц выслуги в осажденном Севастополе засчитывался за год. Женился на местной крестьянке, вел хозяйство, но через пятнадцать лет его вновь призвали на флот из-за обострения военной обстановки в связи с польским восстанием. Потом Петр Маркович опять благополучно вернулся в родные края, но там однажды стал свидетелем того, как две девочки провалились под лед. Он, не задумываясь, бросился в ледяную воду и спас их. Но здоровье нашего героя уже не было столь крепко, как в молодые годы – отважный матрос Кошка скончался от горячки… Я могу, наверное, лишь позавидовать такой судьбе – уцелеть под вражескими пулями, успеть насладиться счастливой семейной жизнью, а затем погибнуть, спасая жизни детей.

Символично, что почти через сто лет после событий далекой Крымской войны покойный Петр Маркович вновь стал героем легенд, посвященных уже Великой Отечественной. Это предание замечательно изложил ранее уже упоминавшийся Марат Файзи. Попробую кратко передать его основную суть.

Малахов курган, как уже упоминалось, – тактически важная высота на Корабельной стороне Севастополя. Так было хоть в XIX веке, когда на город наступали англо-франко-турецкие войска, хоть в XX-м, когда Севастополь штурмовали гитлеровцы.

К 30 июня 1942-го батарея капитан-лейтенанта Алексея Павловича Матюхина, оборонявшая Малахов курган, израсходовала весь боезапас. Пути снабжения были перерезаны, поэтому оставшиеся в живых бойцы по приказу командования подорвали орудия и с боем перешли на другие позиции.

Обрадованные фашисты полезли вверх. Но, как гласит легенда, с памятника адмиралу Корнилову, установленного в 1895-м на вершине кургана, величественно сошел сам прославленный флотоводец. Он посмотрел на стоящего рядом у пушки бронзового матроса Кошку и сказал ему: «Петр, пора нам в путь! В свой век служили мы Родине с честью, врагу не сдавались. И теперь не бывать тому, чтобы нас захватили».

Петру Марковичу было жалко расставаться с пушкой, замешкался он… И вдруг услышал чей-то стон. А это стонал истекающий кровью советский боец. «Ваше превосходительство, негоже нам оставлять своего внука на поругание супостату», – сказал Кошка. Бронзовые адмирал и матрос подхватили под руки раненого солдата и с ним прошли мимо опешивших фашистов, которые не посмели что-либо сделать, видя не прерывающееся сквозь века величие русского духа.

Несмотря на всю свою фантастичность, легенда абсолютно точна, если смотреть на ее события не буквально, а в рамках заложенных в ней смыслов. Знаменитый памятник Корнилову, рядом с который изображен Кошка, был разрушен в годы Великой Отечественной, а восстановлен только в 1983-м. А из этого следует, что пленниками немцев героический адмирал и матрос все-таки не остались. И пусть в действительности они не могли встать с постамента, чтобы спасти хоть кого-то из бойцов, но судьбы этих героев прошлого вдохновляли советских воинов, спасали от отчаяния, помогали ковать победу.

Мы и возвращаемся к тому, с чего начали очерк. Формально говоря, Крымская война 1853-1856 годов окончилась поражением России. Если же посмотреть на последствия, то правильно сделанные выводы из этого поражения стали залогом будущих побед.

1. «Великие реформы» – беспрецедентные по масштабу преобразования Российской империи, проведенные во времена правления Александра Второго в 1860–70-е годы. Они включали отмену крепостного права, финансовую, судебную, цензурную и образовательную, а затем и военную реформы. Как отмечают историки, реформы решили ряд наболевших социально-экономических проблем и расчистили дорогу для развития капитализма в России, но, к сожалению, не смогли до конца преодолеть многие противоречия тогдашнего общества.

2. Для участников обороны Севастополя была учреждена медаль «За защиту Севастополя», ставшая первой в истории России медалью не за взятие или победу, а за оборону. Все участники Крымской войны награждались медалью «В память войны 1853–1856 гг.». Впоследствии была учреждена медаль «В память 50-летия защиты Севастополя», которой награждали оставшихся в живых участников событий, а также историков и писателей, членов комитета по восстановлению памятников Севастопольской обороны.

3. Пересказ легенды основывается на ее изложении в сборнике «Легенды Крыма»: Симферополь, Крымиздат, 1959.