Сюжет фильма при этом развивается предельно камерно: проснувшийся в одиночестве на космическом корабле и страдающий от амнезии герой шаг за шагом пытается восстановить память и понять, какую роль ему предстоит сыграть в спасении Земли. Со временем он обретает не только понимание собственной миссии и неожиданную отвагу, но и самого настоящего друга в виде инопланетянина-камня, который тоже пытается спасти свою звёздную систему от этой же катастрофы.
Ощущением страха и безысходности пропитаны только сцены с Земли — фрагменты воспоминаний, чередующиеся с происходящим на корабле и в космосе. И даже они то и дело окрашиваются лёгким, обнадёживающим чувством юмора — недаром режиссёры Фил Лорд и Кристофер Миллер известны не только «Лего фильмом», но и увольнением с проекта о Хане Соло по «Звёздным войнам» прямо посреди съёмок за «слишком комедийный подход». Здесь же этот шутливый почерк не только ощущается органично, но и делает фильм более человечным и пронзительным.
Сцены-хроника, напоминающие то ли монтаж режиссёра-любителя, то ли ругаемую многими сцену с уборщиком из третьего сезона «Твин Пикса» Дэвида Линча, который не уходит из кадра ровно столько, сколько ему потребовалось бы для уборки пола в реальной жизни, постепенно врываются из земной жизни в космическую, выпавшую на долю героя Райана Гослинга — школьного учителя физики Райленда Грейса.
Долгий поход в магазин, оканчивающийся импровизированной игрой в боулинг стройматериалами с непроницаемым поначалу охранником Карлом. Затем — сцена закрытой и строгой, но внезапно поющей вместе со всеми в караоке Сандры Хюллер, играющей Еву Стратт, начальницу проекта «Ава Мария», снятая как будто с первого кадра.
Дальше — сцены в виртуальной реальности на корабле, где герой показывает новообретённому другу-инопланетянину Рокки (или Камешку, или Валунчику) красоты Земли. Можно было бы сказать, что режиссёры временами просто бессмысленно заигрываются в экспериментальное кино на неавторские деньги, но это, конечно, не так. Длинными цезурами, паузами, почти равными самой жизни, они отмечают фрагменты, которые им кажутся самыми важными. Не только в этом отдельно взятом фильме, но и в жизни вообще.
Все эти эпизоды — про единение с кем-то другим, непохожим на нас. Про любовь, которой мы обрастаем, когда ради другого снимаем защитный скафандр и показываем немного дурацкую, немного нелепую, но настоящую версию себя.
Созданный в эпичных и впечатляющих — и настоящих, вручную собранных, как модели самого Рокки — декорациях, с захватывающим дух монтажом, будто на верхней ноте «Интерстеллара», этот фильм обязывает хотя бы раз сходить на него в кинотеатр. Знакомы не только хорошо выверенные кадры, но и тропы: рискующий собой протагонист, который сам себя героем вовсе не считает и даже по профессии скорее учёный с приставкой «горе», в итоге жертвует собой и отправляется спасать своего застрявшего посреди ничего друга, параллельно, как бы между делом, давая надежду и Земле — доставляя на неё «лекарство» от катастрофы в виде ракет-доставщиков, названных в честь «Битлов».
Той самой планете, которая, по словам руководительницы проекта Стратт, никогда бы не смогла договориться о распределении стремительно уменьшающихся ресурсов. Той самой Земле, которая отправила героя на его верную погибель.
Самыми катастрофичными, пожалуй, действительно можно назвать именно эпизоды-воспоминания с плавающей камерой из земного прошлого. Всё, что происходит в космосе, выглядит как очередной уровень пути героя, где загадочный инопланетянин-камень оказывается не опасным и страшным антагонистом, а любящим и верным другом — своего рода волшебным помощником.
У Рокки, к слову, совсем нет лица, самая антропоморфная его часть — пальцы на руках. Но даже этого, вместе с восхитительной работой звукорежиссёров и игрой Гослинга, достаточно, чтобы переживать за его судьбу чуть ли не больше, чем за судьбу всего человечества.
Рокки же, которого без зазрения совести можно назвать главным героем фильма, — самый настоящий двойник Райленда. Такой же неуклюжий горе-спаситель, как и протагонист, «самая оригинальная идея которого оказалась ерундой», он умеет мыслить необычно, по-детски, любит наглядность и воспринимает мир опредмеченно (всё-таки он камень!), делая модельки всего и вся.
И в то же время он так же боится смерти, как и персонаж Гослинга, как и все мы — особенно смерти близкого. Его создатели очевидно вдохновлялись «Инопланетянином», а вступление героев в контакт и попытки перевода напоминают «Прибытие» — правда, в более упрощённой версии, где язык Рокки оказывается на удивление удобным и похожим на английский.
В фильмах-катастрофах принято учить людей необходимости объединяться в борьбе с общим врагом — вымиранием — через антипримеры: посмотрите, что с вами будет, если вы не решите проблему А через столько-то лет.
«Проект „Аве Мария“», или «Проект „Конец света“», говорит об этом иначе — на более человеческом и приземлённом уровне. Если у главного героя получается договориться с инопланетным камнем, несмотря на все различия, значит, у человечества всё-таки есть шанс хотя бы попытаться понять друг друга.
