Портал Life.ru обнародовал материал, посвященный проблеме таяния вечной мерзлоты. Статья начинается с посыла: катастрофа на "Норникеле" – только начало. По мнению учёных, промышленным компаниям крайнего Севера пора немедленно начинать мониторинг состояния почв под своими конструкциями.
Материал "уходит корнями" на 60 миллионов лет назад, когда на Земле стояла так называемая термоэра, длившаяся 180 миллионов лет. Это было время практически райского тёплого и мягкого климата во всех широтах. Считается, что во многом это было обусловлено существованием единого суперконтинента Пангеи и общей циркуляцией воздуха над ним. Ухудшение климата началось с дроблением суперматерика на разные части света. На полюсе солнце грело меньше, холодный воздух уже не сообщался с воздухом над другими частями света. Возникла замкнутая циркуляция. Намерзли ледники. Так и сложился современный тип климата: у полюсов очень холодно, на экваторе жарко. Нашу эпоху геофизики называют криоэрой – эрой великих оледенений.
Арктика, считают специалисты, окончательно замёрзла примерно два-три миллиона лет назад. На сегодня на Земле в общей сложности наблюдается 35 миллионов квадратных километров "многолетней" мерзлоты, или четвертая часть суши. В России зона вечной мерзлоты занимает 60−65 процентов территории страны. И ученые бьют тревогу: ее границы в последнее время незаметно "сползают" ближе к полюсу. Специалисты считают это катастрофой. Чем дальше к полюсу, тем выше скорость потепления: в Арктике оно идёт вчетверо быстрее, чем во всём мире.
Научный сотрудник Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов РАН Дмитрий Замолодчиков пояснил прессе, что глубина "размороженного" грунта на Севере увеличивается на сантиметр, что опасно для промышленных предприятий данной зоны. Плохо и то, что в российской мерзлоте находятся могильники скота, зараженного в том числе сибирской язвой, а эта бацилла способна тысячелетиями сохранять активность в вечном холоде. Высок риск "разморозки" какого-нибудь опасного продукта либо очень древних бактерий. Дмитрий Замолодчиков считает, что не так страшно "размораживание" древнего вируса, как начало жизнедеятельности доисторических бактерий, которые способны начать переработку накопившегося в почве углерода и превращения его в углекислый газ. Это особенно заметно зимой, когда нет фотосинтеза, то есть растения не поглощают СО2 и не выделяют кислород. Проблема уничтожения кислорода актуальна для северных регионов.
